Последнее лето ярла Ульфа

– Ну-ка пусти! – Заря вспрыгнула на ларь, отпихнув дренга. Быстро защелкала тетива.

Судя по воплю, попала. И еще раз, судя по второму.

– Трое, – похвасталась она, спрыгивая. – Одного точно в глаз!

– Держи! – Ябирь сунул ей две стрелы с наконечниками, обмотанными пропитанной маслом тканью. И воткнул в щель между бревнами четвертую по счету горящую лучину. – Бьешь первой. Две стрелы – и прячься.

– Поучи меня еще, – ветеранским баском проворчала моя нежная девочка, наложила на тетиву обе стрелы разом, подожгла тряпку и отправила гостинцы в сторону ворот.

И, отстав от нее не больше чем на секунду, туда же метнули зажигательные стрелы Измор, Стрига и Бысл.

К сожалению, поджечь бочку со смолой не удалось. Черниговские проворно закидали огонь землей. Под прикрытием забора.

Да, эту возможность я не продумал.

Зато я позаботился о главном.

Шум сотен бегущих людей слышно издалека. Но даже его перекрыл яростный рев берсерка.

Он-то здесь откуда взялся?

Что самое важное для каждого вождя? Правильно: дружина.

Важин оказался хорошим вождем. Очень вовремя отвел своих людей подальше от входа в мясорубку – атакующий клин северян. Благо все его парни были верхом.

В отличие от родового ополчения, возглавляемого тем самым Дедославом. Эти спешились для атаки на наш особнячок и вдобавок плотно облепили забор. Некоторые даже в два ряда. Вернее, в два уровня: стрелок на плечах «подпорки».

Таранный удар викингов расплескал это неорганизованное сборище, словно вепрь, ворвавшийся в курятник.

Медвежонок даже разбираться не стал, кто перед ним.

Те, кто напал на наших, по определению смертники.

Из трех сотен племенного ополчения выжило от силы полсотни самых проворных, успевших убраться с улочки и дать деру чужими огородами.

Впрочем, может, и меньше полусотни. Нам было недосуг их ловить и считать.

Но Важин, как сказано выше, под первую раздачу не попал. Хотя вид имел бледный и невосторженный.

Потому что смыться ему не удалось. Варяги Трувора отрезали его от дороги. Атаковать их с ходу княжич не рискнул.

Варяги, среагировав на кавалерийский топот, в секунды перестроились из бегущей колонны в стену щитов, которую не разбить и тяжелой франкской коннице.

Не рискнул, зато в живых остался. Наши, пустив на фарш ополчение, немного сбросили пар и отправлять Важина с дружиной к их племенным богам не стали.

Тем более что инициативу перехватил Трувор и решил провести разбор по закону, то есть по Правде.

– Как ты здесь оказался? – спросил я Медвежонка.