Последнее лето ярла Ульфа

Вождь его к варягам отправил: за помощью. Гонец долго бежал, быстро. Устал очень. Старейшина велел ему отдыхать, а с вестью этих двоих отправил. Они в селении самые быстроногие.

– Быстрее нас никого нет! – заявил кирьял гордо. – Утром узнали, что ты идешь, и решили: к варягам не надо. К тебе надо. Увидели тебя, и вот.

– Правильно все сделали, – подбодрил я гонцов через отца Бернара. – А давно ли свеи к острову подошли?

Задумались, начали считать на пальцах. Поспорили даже.

Потом выдали ответ: пять дней. Или шесть.

Ну это уже не так важно. Все равно задача ясна: как можно скорее двигаться к заливу. Течение за нас. Ветер попутный. Для управления кораблями хватит десятка гребцов. Остальные пусть пока отдыхают.

– Вас наградят, – пообещал я кирьялам. И стоявшему рядом Вихорьку: – Дай знать нашим на «Любимчике»: ночевка отменяется. Гуннара свеи обложили.

Два корабля. Сколько это? Сотни две, вряд ли больше. Заборем ворогов.

Главное – успеть. И вообще отлично выйдет, если Гуннар ухитрится удержать город. Выковыривать свеев (в последнем я не сомневался) из-за частокола – то еще удовольствие. Хотя главное не это. Главное – чтобы он выжил.

Смола кончилась после третьего штурма.

Свейский ярл теперь действовал очень осторожно. Берег людей.

В крепости полно стрелков.

Но стрелы тоже заканчивались.

А еще свеи разобрали один из корабельных сараев и построили башню, которая была на четыре локтя выше крепостной стены, и на валках, как корабль, подтащили ее к самым воротам.

Обнаглели, когда поняли, что смола и масло у защитников закончились.

Гуннар корил себя за то, что не приберег немного.

И за то, что вначале использовал горючее так расточительно. У него еще оставался запас тюленьего жира: две бочки. Но для поджога такого сооружения двух бочек жира точно не хватит. Тем более свеи, пользуясь преимуществом в высоте, согнали со стены стрелков Гуннара.

А потом свейский ярл поступил странно: взял да и отошел, заодно оттащив и таранный сарай, и огромную башню.

То ли отложил штурм до ночи, то ли ждал, что предпримут защитники.

Гуннару очень хотелось сделать вылазку, но он понимал, что, скорее всего, это ловушка. Свейский ярл именно этого и ждал, потому и не торопился доламывать ворота. Надеялся, что осажденные сами их отворят.

Гуннар его понимал.