Последнее лето ярла Ульфа

Рыжему хватило.

Толстяка принял Гнуп. Три Пальца был немолод и вряд ли мог биться много часов, как пятнадцать лет назад. Но на пятнадцать хороших ударов его хватало наверняка.

Пятнадцати не понадобились. Уже вторым ударом он надрубил противнику правое запястье, следующим перебил голень и добавил ему, уже падающему, на обратном движении меча в переносицу. Гнуп потерял в выносливости, но не в силе и умении.

Последний недруг за это время успел сообразить, что дела скверные. Но проявил храбрость. Или понял, что сбежать не удастся, и решил встретить смерть лицом к лицу.

Так или иначе, но он повернулся спиной к выходу…

…И тут же получил рогатиной в поясницу. Удар не пробил кольчугу, однако толкнул несостоявшегося наемника вперед, тот споткнулся о тело соратника и воткнулся бы лицом в пол, если бы не успел подставить щит. Лицо он спас. Но жизнь бы все равно потерял, если бы не рявк Гнупа:

И наконечник рогатины не воткнулся в позвоночник, а всего лишь уперся в затылочную ямку пониже края шлема.

Враги кончились.

Сестры по браку посмотрели друг на друга и одновременно улыбнулись. Муж может ими гордиться.

Гудрун, однако, сразу нахмурилась. Семеро хускарлов – немалая сила. Успей они изготовиться к бою, неизвестно, как бы обернулось.

«Надо подарить богам пару петухов, – подумала Гудрун. – Нет, лучше барана».

Но это потом. Сейчас надо выяснить, кто их послал.

– Гнуп! Ты цел? – спросила Гудрун.

– Похоже на то, – старый воин помотал головой. Все произошло так быстро… И так просто.

Гнуп поглядел на раскрасневшихся женщин и снова покрутил головой.

В шее что-то похрустывало. Возраст. Обычное дело. А вот то, что сейчас случилось, – совсем не обычно. Глаза видят, но не верят. Обе хозяйки целехонькие, а враги мертвы. Даже добивать не требуется. Так валькирии убивают. Сразу насмерть.

– С этим поговоришь? – Гудрун показала на выжившего.

– Да, госпожа. Что он должен сказать?

– Кто и зачем, – вмешалась Заря. – И есть ли другие. И будут ли.

– Да, госпожа, – Гнуп слегка поклонился уже Заре.

И подумал, что спросить о том, есть ли другие, он сам бы не догадался.

А вопрос очень правильный. В усадьбе же постоянно чужие бывают. Да и своих подкупить можно. Или припугнуть.

– В кузню его тащите, – велел Гнуп скрутившим пленника бондам. – И приготовьте там… Знаете как?

– Знаем, – пробасил один из бондов, Берси Собака. Это он пырнул пленника рогатиной. – Главное – убиться не дать.

– Верно мыслишь, – одобрил Гнуп. – Пойду переоденусь, госпожи. Одежку замараю, жалко.