Последняя битва

Однако же у Невы мне пока больше свены досаждают, нежели ляхи османские.

— Свены бы и рады мир заключить, — поторопился ввернуть слово Андрей, — да опасаются сильно, что прежними глупостями обиду тебе большую учинили. И даже если отдадут они тебе миром все завоевания свои, ты войны с ними не прекратишь…

— Обида, знамо, есть… — согласился царь. — Однако же, коли миром все вернут… Коли вернут — прощу. Господь велит быть милостивым с раскаявшимися. Коли миром все вернут, карать не стану.

Барон Тюрго оказался прав: просить хорошие условия мира нужно до того, как тебя крепко прижали к стене.

— Уверен, на твою милость они ответят крепкой дружбой, — склонил голову князь.

— Ныне о дружбе ворогов сих даже и слышать не желаю! Тебе, Андрей Васильевич, низкий мой поклон за старательное исполнение поручения, тебе данного. Мыслю, командование татарскими тысячами тебе теперича токмо роздыхом выйдет. Посему повелеваю в Псков отправиться, к воеводе Ивану Шуйскому. Его стараниям по обороне станешь извне всеми силами помогать.

По росписи получишь сорок сотен поволжских. Теперь ступайте. Вижу, после разлуки долгой вам наедине поговорить хочется. Веселитесь. Да токмо чтобы на сей же неделе ты, Дмитрий Иванович, в Смоленск отъехал, а ты, Андрей Васильевич, — ко Пскову!

Разумеется, князья за встречу устроили пир — но уже через день разошлись, памятуя свой долг перед государем и землей русской, и разъехались по назначенным местам.

Князь Бутурлин по прошлому году показал себя воеводой умелым, находчивым и храбрым.

Казалось бы — к чему менять его на другого? Однако князь Дмитрий Хворостинин, приняв у него смоленские полки, тут же продемонстрировал разницу. Печалиться обороной он не стал — и вскоре перешел границу, ведя пятитысячную армию в глубину польских владений. Первым на его пути стоял коронный город Орша с каменной пятибашенной крепостью. Уверенность в собственной безопасности и османские союзники сыграли с горожанами злую шутку. Появившаяся на улицах татарская конница не вызывала беспокойства ни у кого из гарнизона до тех пор, пока две лихие сотни, въехав через подъемный мост, не начали быстро и умело рубить стражу. Пока уцелевшие ратники подняли тревогу, пока отдыхающие воины облачились в броню и расхватали оружие — к Орше подошли основные силы. Замок пал, не успев сделать ни единого выстрела.

Несколько дней части посвятили сбору ценностей, отправив на восток огромный обоз с полоном и добычей, после чего запалили ненужный город и двинулись дальше, на Могилев.