Последняя из дома Романовых
0 прочтений
– Не надо. Я достаточно уверена в себе, князь, чтобы принять сто в обычном виде.
Ушаков и солдаты уже вносили в камеру свечи.
Она уселась на постели и, усмехаясь, глядела на дверь. В камеру ввели Доманского. Он с испугом, почти с ужасом смотрел на исхудалое темное лицо.
И она глядела на него.
«Как она на него смотрит. Клянусь, вовек не видел такой нежности... Кажется, дело сделано!»
– Итак, вам предлагают свободу и возможность немедля повенчаться, – торжествовал Голицын, предвкушая развязку. – После чего вы оба получаете право возвратиться в отечество господина Доманского.
– Я правильно поняла вас, князь? Мы получаем свободу, коли я соглашусь признать себя дочерью трактирщика, булочника или чем-то там еще?
Доманский напряженно ждал ее ответа. Ушаков приготовился записывать. Она все с той же невыразимой нежностью смотрела на поляка.
– Вы и так получите свободу, мой друг, – тихо сказала она Доманскому.
– Простите меня за мои показания, Ваше высочество. Я просто хо тел... – начал Доманский.
– Я вас прощаю. – И почти крикнула: – Уведите! Изумленный князь приказал солдатам:
Доманского увели. Она смотрела, как он уходил в открывшуюся дверь камеры. Когда дверь захлопнулась, она начала хохотать. Она хохотала во все горло.
– Ох, князь, вы представляете меня замужем за этим несчастным, не образованным, жалким человеком?
– Но он красив.
– Он недостаточно красив, чтобы обменять смерть дочери императрицы на жалкую жизнь госпожи Доманской.
– Хорошо. Тогда последнее предложение... – безнадежно сказал князь и добавил строго: – Но запомните, последнее!
Она молча глядела на него.
– Вы сами расскажете правду...
– Правдой вы называете то, что хотела бы услышать от меня императрица?
Князь будто не слышал.
– И за это вы получите возможность тотчас вернуться в Оберштейн и стать женой Лимбурга.
– Вы уверены, что он возьмет в жены признавшуюся лгунью? Хотя это досужий вопрос, ибо я сейчас думаю уже о другом женихе. И я приду к нему тем, кем была: дочерью русской императрицы. Передайте вашей государыне, – хрипло засмеялась она, – что ей остается только одно – увидеть меня. И пусть поторопится, а то жених уже поджидает.
Она закашлялась. Кашляла долго. Потом вытерла кровь и насмешливо посмотрела на князя.