Последняя из дома Романовых
0 прочтений
– Я исчерпал все, сударыня. И милосердию есть предел... – И он начал торжественно: – Как нераскаявшаяся преступница, вы осуждаетесь на вечное заточение в крепости.
– Вечным, князь, ничего не бывает. Даже заточение.
– И никакого духовника за постоянную вашу ложь к вам не пришлют. Умрете как жили – лгуньей.
– Не пришлют – и не надо, – сказала она и равнодушно повернулась к стене.
Ушаков и солдаты уносили свечи.
– Итак, я жду ее, – сказали ему вслед из темноты.
Из донесения князя А.М.Голицына императрице Екатерине, августа 12 дня 1775 года:
«Лживое упорство, каковое показала она, когда ни сама, ни Доманский не прибавили ни слова к данным прежде показаниям, хотя предоставлены им были высшие из земных благ, ему – обладание прекрасной женщиной, в которую он влюблен до безумия, ей – свобода и возвращение в графство свое Оберштейн.
Голицын закончил донесение императрице.
«С тех пор я более никогда не видел ее живой. В крепость я не ездил. Дел у меня и без того – весь Санкт-Петербург.
Остается поверить, что деятельнейшая из русских императриц, у которой хватало времени писать пьесы и прозу, сочинять бесконечные письма и по десять часов в сутки заниматься государственными делами, отказалась откликнуться на призыв таинственной женщины, желавшей поведать ей свою тайну. Женщины, которую по ее приказу везла в Петербург целая эскадра.
И вот эта женщина готова сама сообщить ей при встрече то, чего она тщетно добивалась на протяжении месяцев. И Екатерина отказывается.