Последняя из дома Романовых
0 прочтений
В ту камеру, где сидел когда-то несчастный Иоанн Антонович. Нам лишние жертвы не нужны...
– Милосердие Вашего величества спасает жизнь этой несчастной. И тем не менее я подумал... Никто не должен знать, что ее перевели. Пусть считают, что она погибла во время наводнения.
«Одно удовольствие с ним работать, читает, читает мысли».
– Так будет лучше для державы. Ибо следует побыстрее расстаться с этой тенью, могущей многих ввести в ненужный соблазн. Да и для нее самой... Уверен, известия о гибели этой женщины навсегда обеспечат ей спокойное существование в Шлиссельбургской крепости до конца ее дней.
Екатерина ничего не ответила, только приказала:
– Позаботьтесь, князь, чтобы закладывали карету. Я должна быть в го роде во время наводнения. Следует ободрить людей.
Зимний дворец на следующее утро.
В кабинете Екатерины. Стоя у окна, Екатерина выслушивает ежедневный утренний доклад князя Вяземского.
– Боже мой, – говорит императрица, глядя в окно, – вся набережная затоплена.
– Жертв нет, – ответил Вяземский.
– Как удивительно! Наводнение, а жертв у нас нет. В других странах люди гибнут.
– У нас, Ваше величество, гибнут за царя, за веру и за отечество... Все благополучно обошлось.
– Ну что ж, я люблю, когда все благополучно. – И опять она посмотрела в окно. – Лодки плавают прямо по набережной, у дворца... – Императрица усмехнулась, потом повернулась к князю и спросила серьезно: – Еще есть какие-нибудь новости?
– Женщина – в Шлиссельбурге.
Екатерина улыбнулась и вновь посмотрела в окно.
– Вы всегда произносите имя графа Панина с каким-то внутренним вопросом. Чувствую, вы все время хотите спросить: зачем я держу этого человека, давным-давно утерявшего всякое влияние, во главе Коллегии иностранных дел?
Князь молча склонил голову.
– Видите ли, друг мой, – благосклонно начала императрица. – Я заняла престол среди бурной борьбы. Но вот уже который год, слава богу, царствую мирно. Этому я обязана известным принципам в управлении, каковые и вам надлежит знать. Прежде всего постоянство. Постоянство должно быть во всем. Постоянство всех в неуклонном исполнении моей воли и мое постоянство по отношению ко всем.