Последняя из дома Романовых
0 прочтений
Улыбаясь, она обращается к Алексею Орлову:
– Ну что ж, почтенный старец оказался всех нас умнее... Тайного брака не было, и шепот о нем всегда был для меня противен.
– Вот после того я захворал... да чуть было не помер с обиды за брата... Лицо Екатерины склонилось над Алексеем.
– Сколько в беспамятстве пролежал. – Она улыбалась благодетельной своей улыбкой. – Доктора вылечить не могут, потому что не знают: богатырь ты – и не можешь жить в праздности... Это брат твой по месяцу кутить может, а тебе без дела нельзя – хвораешь без дела.
Над кораблями взвивается Андреевский флаг.
– Не ошиблась, – шептал старик, – отменно выбирала людишек... Это я, Алешка Орлов, который моря-то прежде не видел, шлюпкой управлять не умел, загнал турецкий флот в Чесменскую бухту и сжег турецкие корабли...
Вопль «ура!» из тысячи глоток Грохочут пушки.
Картина на стене, изображавшая Чесменскую баталию (как много изображений знаменитого боя развешано по комнатам дворца!), надвинулась на умиравшего старика.
Исполинская фигура Орлова – на адмиральском судне «Три иерарха». Лицо со шрамом, искаженное бешенством, яростью боя...
А потом на том же корабле он увидел...
Григорий Орлов в фантастическом камзоле, усыпанном бриллиантами, стоял на палубе.
– Гришка?! Ну, красавец! Ну, враг!.. Ты тут зачем? Они обнялись.
– Матушка послала – мир добыть у турок...
– И ты... ее оставил?! Оставил Петербург? С ума спрыгнул?
– Глупец ты, Алеша.
– Прост ты, Гриша, ох как прост... Неужто не понял, что случилось? Она нас обоих из Петербурга отослала!
Но Григорий только смеялся.
А потом он получил пакет из Петербурга...
Григорий читает письмо – в бешенстве комкает бумагу, топчет ногами. И крик, вопль:
И уж карета мчит через всю Россию.
– Гони, гони, – вопит из кареты обезумевший Григорий.
– Куда гнать-то, милок? Во дворце уже другой! – усмехнулся старик.
Улыбающееся благосклонной улыбкой лицо Екатерины.
– Я многим обязана семье Орловых. И осыпала их за то богатством и почестями. И всегда буду им покровительствовать. Но мое решение неизменно. Я терпела одиннадцать лет! И теперь хочу жить, как мне вздумается. И вполне независимо...
– Уже появился во дворце другой Гришка – Потемкин. Главный фаворит.