Последняя из Пламенных

Объясни, зачем твой отец дал мне это.

Раскосые глаза младшего Райса расширились от удивления. Он взял из ее рук конверт и осмотрел его со всех сторон, едва ли на зуб не попробовал. Тэсса смотрела на предмет в руках юноши с нескрываемым ужасом. Райга перевела взгляд с нее на юношу и обратно, а потом серьезно пообещала:

– Я могу сжечь его, если хотите.

– Нет! – вскинул голову Роддо. – Мой отец никогда ничего не делает просто так. Если он дал его тебе… Смотри в оба. И думай, как будешь выкручиваться в ситуации, когда у тебя не останется выхода, кроме как войти в наш род.

С этими словами он вложил конверт ей в ладонь. Над поляной повисло напряжённое молчание. Принц какое-то время хмурился, а потом все же спросил у него:

– Нет, – голос юноши дрогнул. – Я знаю своего отца. Он играет по-крупному. И не стал бы делать такую ставку, не будь он уверен в выигрыше.

Какое-то время он мерил шагами пятачок травы под раскидистой кроной дерева, а потом уверенно посмотрел на Райгу и добавил:

– А мы… всегда будем на твоей стороне, Последняя из Пламенных.

Тэсса, Акато и Барру торжественно кивнули.

Уже после того, как они распрощались с отрядом магистра Чеку, девушка с тяжёлым чувством направилась в замок. Все происшествия последних недель никак не желали складываться в картинку. Однако интуиция нашептывала ей, что все это происходит неспроста.

Кисть вывела очередной неаккуратный изгиб и остановилась. Ллавен тихо вздохнул, покосился на учителя и на несколько мгновений взял руку девушки в свою, помогая выводить особенно сложную руну.

Вот уже третий вечер подряд магистр Лин сидел за столом вместе с ними. Раньше эльф большую часть времени проводил в библиотеке, являя себя адептам только для того, чтобы раздать указания. Сегодня, стоило им только сесть за домашнюю работу, он в очередной раз вошёл в гостиную и невозмутимо опустился на подушку. Изящные пальцы сжимали ветхую книгу на эльфийском.

Девушка должна была признать, что наставник ускорял выполнение домашних заданий одним своим молчаливым присутствием. Миран выводил руны в тетради в два раза быстрее обычного. Ллавен два дня вздрагивал от каждого движения и писал с бешеной скоростью. А затем первый исчезал в комнате. Но от заданий по эльфийскому он был избавлен.