Последняя из забытого рода (СИ)

Аэрита, к сожалению, этим вопросом всерьез не интересовалась. Есть Боги, есть их места силы, понимаем, как храмы или святилища, есть избранные, отмеченные божественным благословением, и есть жрецы, которые следят за храмами и являются связывающей нитью между великими и бессмертными и обычными нами.

Вмешивались ли Боги лично в дела обычных букашек? Бывало и такое. В летописях это отмечено. Нужно будет обязательно разузнать об этой теме поподробнее или порыться в книгах. Должна же быть в замке библиотека? Не только должна, но и была, на удивление даже не пустая.

Никто из Эйшар никогда не продал ни одного листочка из сокровищницы знаний, которая тщательно подбиралась ни одним поколением.

Пока я погрузилась в совершенно несвоевременные мысли, Мисса успела открыть гардероб и уверенно там зашуршать. Я даже вытянула шею, силясь рассмотреть что-либо интересное, но света было не достаточно для таких манипуляций, на зато на глаза попалась ещё одна дверь, за которой была скрыта уборная.

Та дверь, через которую зашла Мисса, служанкой у меня не поворачивался язык её назвать, вела в гостиную, а оттуда ещё одна дверь в личный кабинет и, судя по полученным воспоминаниям, все эти помещения так же были очень и очень просторны, в смысле, почти пустые. Мда… ну что же, зато будет возможность обставить всё по своему вкусу.

— Я приготовила вам платье, леди. Если нужна моя помощь… — она скосила взгляд на дверь в уборную.

Я тут же отрицательно покачала головой, сама как-нибудь справлюсь.

Чувствовала я себя превосходно, даже и не скажешь, что вчера был не слишком «удачный день». Улыбнулась своей собственной формулировке, всё-таки я законченный оптимист.

Откинула одеяло, ещё одно и ещё… даже не удивилась такому количеству, все они были тонкие и прохудившиеся, и общим количеством давали такое необходимое ночью тепло. Всунула ноги в изрядно поношенные домашние туфли и чуть было не упала, запутавшись в подоле ночной рубашки. Да какая же это рубашка! Это изощрённое изобретение для убиения особ женского пола с особым цинизмом и жестокостью.

Рубашка доставала до пят и мне, не привыкшей к таким нарядам, было очень неудобно. Бросила взгляд на разложенное платье и мысленно застонала — такой же длины, с длинными широкими рукавами, почти без выреза и со шнуровкой спереди. А ещё цвет… кошмар просто… грязно-коричневый, местами выгоревший, местами полинявший, без каких-либо украшений.