Когда Боги создавали свои творения и заселяли мир, спорили и делили границы, один из них, Дархэйлер, расширял свои возможности и искал новые пути, ему было тесно в рамках одного мира, который ещё и не принадлежал ему лично. Во время своих изысканий он сумел открыть путь в абсолютно новый мир, но настолько чуждый и непривычный, заполненный ужасающего вида смертоносными тварями, где выживал только сильнейший, что о его покорение и вовсе не могло быть и речи.
Но Дархэйлер решил, что этот мир идеально соответствует его планам. Долгое время он изучал Бездну, другого названия просто не было тому ужасу и страху, что обитал там наравне с исконными жителями так заинтересовавшего Дархэйлера мира. Остальные Боги были слишком заняты своими делами, чтобы обращать внимание на дел Дархэйлера, хотя и стоило бы.
Родерик замолчал, ушел в себя, словно заново переживая события древних времён.
Мы даже дышали через раз, чтобы не сбить его с мысли. Завораживающим голосом опытного сказателя он продолжил:
— Дархэйлер Покоритель Ужаса Глубин, так его стали называть. Он действительно сделал это, стал единовластным повелителем Бездны. Как он и хотел, целый мир был его. Первое время он был занят, уничтожал всех, кто мог нести угрозу его власти или сомневался в его величии.
Даже самые сильные из жителей Бездны, мало что могли противопоставить Дархэйлеру, пусть он и был ослаблен переходом, он всё равно был богом. Со временем, установив свои порядки и полностью подчинив Бездну, он стал посматривать в сторону Тексариона. Сначала были просто «случайные» прорывы, можно сказать, он прощупывал почву, потом прорывы стали постоянным явлением. В какой — то степени, именно благодаря им и сплотились все государства, на то время погрязшие в своих проблемах и разборках.
Угроза Бездны была куда опаснее и важнее мелочных споров и непонятных войн за территории. Боги не могли бросить свой мир на растерзание тварям, да и не хотели. Дархэйлер, подчинив себе Бездну стал неимоверно силен, противостоять ему в одиночку было сродни самоубийству.
