Дождавшись этого момента, он не спеша приблизился ко мне, присел на корточки, оказавшись на уровне моего лица.
— Милая Аэрита, тебе незачем извиняться. — я вскинулась, собираясь ему возразить, но он поднял руку, не давая не сказать. — Мне сложно понять твои чувства и твое состояние, но уверен, что тебе не легко. Некоторые моменты из твоей пламенной речи мне были не совсем понятны, но потом ты мне объяснишь, если захочешь. — я согласно кивнула, почему бы и нет. Уверена, он от души похохочет над моими рассказами.
— Я тоже признаю свою вину, я… скажем так, немного упустил тот момент, что для тебя здесь все ново. Ты настолько хорошо и естественно держалась, что… я просто забыл про это.
Тяжело вздохнула, чувствуя какой-то упадок сил.
— Ну, и тебе нельзя пить бодрящий отвар, — серьезно заметил Родерик, стараясь пригасить вспыхнувшие озорные искорки, — он на тебя неправильно действует.
— Думаешь? — с надеждой спросила я.
— Уверен. — последовал утвердительный ответ.
— Понимаешь, есть личная невосприимчивость некоторых трав, зелий, отваров… когда какой-то элемент выпадает из состава, то и отвар действует не так, как нужно. Было немало подобных случаев, даже парочка довольно забавных. У графа Френни была жуткая аллергия на грифонов, вот так сложилось, он напрочь позабыл об этом, когда выпив зелье очарования решил на одном приеме соблазнить юную баронессу. Естественно, леди не могла противится такому соблазну и они уединились в одной из комнат.
Каково же было разочарование графа, когда вместо удовольствия в объятиях девы, он начал жутко чесаться, чихать и задыхаться. Просто в это зелье входил такой ингредиент, как измельчённой перо золотого грифона, довольно редкий вид, между прочим. Несчастного графа еле откачали. Чтобы нейтрализовать последствия нужно было знать причину, вот ему и пришлось всё рассказать. Этот случай потом долго ещё обсуждали в королевстве. А вот у барона Мито была невосприимчивость к обычному солнечному листовику.
Очень распространенное растение, являющееся основой для многих зелий. Сонный отвар, который был ему прописан целителем, без составляющий в виде солнечного листовика действовал на барона, как возбуждающий страсть и желание. Сначала была довольна столь неожиданным эффектом баронесса, потом стала недовольна прислуга, ибо страсть Мито была неутомима, а потом этим случаем заинтересовались и начали исследовать.
