Последняя война

Лучи фонарей метались по комнате, играя тенями на стенах.

Дверь в следующую комнату была открыта. Баков сделал шаг к ней, но вдруг остановился, прислушался. Снежина тоже услышала тихое постукивание, быстрое и ровное, будто кто-то на цыпочках пробежал через ту комнату.

— Прибавь мощности, — шепнул Бауэр.

Баков переключил фонарь на шлеме, и тот кинул ослепительный поток света. И тут же постукивание пропало, будто налетев на препятствие.

— Что-нибудь случилось? — спросил в шлемах голос Загребина.

— Тише, — прошептала Снежина.

Баков сделал шаг вперёд, в дверной проём.

— Вот она, — сказал он.

Снежина заглянула ему через плечо. Пойманное в ловушку яркого луча, ослеплённое, в углу комнаты сидело рыжее животное, похожее на крысу, только без хвоста, с большими острыми ушами. Услышав голос Бакова, крыса, будто очнувшись, бросилась к высокой кровати, занимавшей чуть ли не половину комнаты, и исчезла под ней.

— Обнаружили животное, похожее на крысу, — доложил обыденным голосом Баков.

— Поймать пока не удалось.

— Интересно, — сказал Загребин.

Баков, задумавшись о чём-то, кивнул.

— Может, отодвинем кровать? — спросил Бауэр. — Эта дуся могла построить себе гнёздышко.

Баков ничего не ответил, но потянул на себя кровать, аккуратно застланную истлевшим, ветхим покрывалом.

Снежина ахнула. За кроватью обнаружилось большое гнездо, из которого к щелям между стеной и полом кинулись крысята. Бауэр открыл ставни, и в комнату вошёл серый дождливый день.

Потом осмотрели остальные помещения.

Снежина удивилась несхожести таких знакомых вещей, как плита, кастрюли, стулья, будто изобретатель долго ломал голову, чтобы сделать их не такими, какими положено им быть в Москве или Париже. На Синей планете вся мебель — столы, стулья, кровати — почему-то были на трёх, пяти или даже более ногах, с треугольными и пятиугольными поверхностями…

Они сошли по ступенькам вниз и свернули направо к другим зданиям. Бауэр нёс в руке пачку отпечатанных листов, вернее всего, газету.

Он осторожно передал их ожившему при приближении людей «Ежу».

Второй дом выплыл из тумана, похожий на первый провалами выбитых окон и безнадёжным запустением. Разведчики прошли мимо, приостановившись на секунду. Большая устоявшаяся лужа перекрывала дорожку дальше, и пришлось обогнуть её по камням пустыря. Никому не хотелось входить в чёрную воду — было такое чувство, будто промочишь ноги.

Третий дом был побольше других. Угол его обвалился.