Последняя жизнь нечисти

Если в твоей судьбе уже все предопределено, то к чему отказывать себе в маленьких радостях?

– К тому, – резко оборвала его я. – Рикки, без обид, но твой отец – не тот, о ком я вздыхаю по ночам. Моя ненависть к нему, когда я вспомнила прошлое, сыграла с нами странную шутку. Я была готова вцепиться ему в глотку, но не знала, для чего именно: перегрызть ее или же поцеловать. Я мечтала о его смерти и в то же время страшилась ее больше всего на свете. Поэтому согласие на твое предложение будет означать для меня предательство, и ничто иное.

Шерьяну я дам лишь ненужную надежду, которая помешает ему исполнить свой долг, когда бог-отступник войдет в наш мир. Себе же… Для себя же я навсегда закрою двери к тому, кого действительно люблю.

– То есть ты любишь Гвория? – переспросил Рикки и тут же продолжил, не ожидая ответа: – Тефна, но ты же знаешь…

– Да, знаю. – Я взмахнула когтистой лапой почти перед лицом юноши, и он испуганно отшатнулся. – Знаю все, что ты хочешь мне сказать. Мол, Гворий отныне недостижим для меня.

Он – почти что эльфийский Владыка, я – презренная нечисть, убившая предыдущего правителя, а значит, на меня отныне объявлена охота со стороны всех эльфов. Мало того, однажды Гворий уже отказался от меня во имя трона и наверняка сделает это опять, когда до престола остался лишь шаг. И значит, нас разделила не просто пропасть, а нескончаемая вражда до моей смерти. Но мне плевать. Рикки, ты слышишь меня? Мне плевать! Я прекрасно понимаю, что между нами ничего не может быть. Точно так же, как между мной и твоим отцом. Сколько бы Шерьян ни клялся в своей любви ко мне – в кошмарах я всегда буду слышать свист кнута и чувствовать боль от побоев. В подобной ситуации лучше и правильнее всего найти третьего. Того, кто, возможно, будет уступать в своих качествах и твоему отцу, и Гворию. Но у кого за плечами не будет столько мрачных тайн.

Я замолчала, пытаясь отдышаться после яростной тирады. Рикки смотрел на меня так, словно впервые увидел. Внимательно и, как мне показалось, с нескрываемым уважением.

– Возможно, ты и права, – произнес он наконец. – Возможно, тебе в самом деле лучше найти третьего. Но успеешь ли до дня зимнего солнцестояния?

– Не повезет в этой жизни – отыграюсь в следующей.

Рикки кивнул. Подбросил еще полешко в почти погасший костер и несколько брезгливо подцепил обслюнявленные мною штаны своего отца.

– А знатно ты их подрала, – сказал он с веселой усмешкой. – Представляю, в каком бешенстве отец утром будет.