Последняя жизнь нечисти

Я сама не заметила, как задремала. Наверное, слишком умиротворяюще шумел за окнами дождь, а сумрак ненастного дня ластился к ногам. Сквозь сон почувствовала, как Гворий укрывает меня теплым пледом, промурлыкала что-то неразборчиво-благодарное и с головой ухнула в безмолвную пропасть небытия.

Я проснулась с дико колотящимся сердцем. Едва не рухнула с кресла, еще не совсем понимая, где нахожусь и что происходит.

– Тефна? – Гворий поднял голову, потирая покрасневшие от долгого чтения глаза. – Что с тобой?

Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

С трудом растянула губы в гримасе, должной изображать улыбку.

За время моего сна успело окончательно стемнеть. За окнами плескалась влажная ночь, однако Гворий не стал усиливать свечение магического шара, видимо, не желая беспокоить меня. Поэтому в комнате царил приятный полумрак.

– Я приказал приготовить нам ужин. – Гворий окончательно отложил бумаги в сторону, встал и подошел ко мне. Присел на корточки около кресла. – Надеюсь, ты не будешь возражать?

– Ужин? – невольно удивилась я.

 – Не думала, что проспала так долго.

– Ты так забавно сопела, что я не хотел тебя будить. – Гворий сжал мои ладони и поднес их к губам, будто пытаясь отогреть. – Пойдем, Тефна. Этот вечер принадлежит нам.

Я не стала возражать. В чем-чем, а уж в данном утверждении он прав целиком и полностью.

Больше в этот день я не думала ни о чем постороннем. Мы с Гворием пили легкое цветочное вино, ели изысканные кушанья, названия которых я даже не пыталась запомнить, и болтали. Разговаривали обо всем на свете.

Вспоминали нашу первую встречу, когда Гворий еще помогал Марию и его гончим псам. Смеялись над моей неудачной попыткой побега, когда я отчаянно пыталась сорвать с себя невидимый поводок. По негласной договоренности опасные темы мы обходили, поэтому про Дорию не было сказано ни слова. Как, впрочем, и о моем открытии круга мертвых, битвы с храмовниками, нашей встречи через год после знакомства, когда Гворий предложил мне стать его младшей женой. Не стоит, право слово. Мы оба знали, что все это было. Оба понимали, что такие воспоминания доставят нам лишь боль. Сегодняшний вечер не предполагал взаимных обид и упреков. И нам он вполне удался.

Было далеко за полночь, когда Гворий вызвался проводить меня до дверей моих покоев. Уже стоя на пороге, мы все никак не могли проститься. Держались за руки, словно маленькие дети, не в силах отвести друг от друга взгляда. Я неожиданно со всей жестокостью поняла, что в последний раз вижу Гвория.