Последний билет в рай

 – Хочешь повторить ее путь?

Парни подняли Обмылка и положили его грудью на перила. Он выпучил глаза и замычал, извиваясь и пытаясь сползти вниз, на пол балкона.

– Куда? – строго спросила я. – Тебе дорога – туда, вниз!

Обмылок зарыдал. Парни крепко прижимали его к перилам.

– Прощай! – тихо сказала я. – Отпускайте!

Через секунду мы услышали глухой шлепок.

Одежда Обмылка полетела следом за хозяином. Я перевесилась через перила, но увидела только смутно белеющее внизу тело.

– Может, его все-таки надо было выбросить с пятого этажа? – спросил вышедший на балкон Павел и тоже посмотрел вниз.

Мы все вернулись в комнату.

– Все, спектакль окончен. – Я протянула Андрею деньги. – Ребята, вам всем – большое спасибо. Надеюсь, излишне просить вас, чтобы вы забыли этот адрес и все, что здесь произошло?

– Какой адрес? Что произошло? – удивленно пожали мощными плечами спортсмены. – Мы нигде не были, ничего не видели! Спали себе мирно, каждый у себя дома…

– Правильно. Вот так всем и говорите, если спросят.

Парни кивнули нам на прощание и молча ушли.

– Нам тоже надо быстро расходиться. Скоро рассветет. Павел, ты на машине?

– Тогда развезешь нас по домам. Лена, вы тоже идите к себе. Я думаю, все понимают, что в наших интересах – хранить полное молчание?..

Мы втроем вышли на улицу. Стояла глубокая, темная ночь. Мы подошли к лежавшему на асфальте голому Суруляку. Он не шевелился и не издавал ни звука. Антон склонился над ним:

– Полина, он не подает признаков жизни. Кажется, он потерял сознание!

– Пошли, пока Суруляк свое сознание не обрел.

– Да, – кивнула я, – не стоит нам светиться здесь.

Мы сели в машину Павла, стоявшую за углом соседнего дома, и тихо выехали из двора на улицу. Ультрамариновый «Фольксваген» помчался по пустынным темным улицам.

– Ну, вот и все, – сказал Антон.

– Мы не убийцы, как Обмылок, – возразила я, – по-моему, он свое получил. Только представь себя на его месте: трое жлобов пытаются тебя изнасиловать, потом выбросить с балкона… Не забывай: Обмылок был уверен, что летит именно с пятого этажа, он ведь не в курсе, что его перетащили на второй.

– Вот именно, – продолжал ворчать Павел, – незачем было и перетаскивать! Шмякнулся бы на то же самое место, где Алла погибла. Пусть бы почувствовал, каково это – упасть с пятого этажа на голый асфальт!

– Ты, кажется, недоволен? – спросила я Павла.

– А чем именно тут быть довольным, Полина?! Артем и его мама погибли, а этот урод наверняка останется жив.