Последний дубль Декстера

Что, если это не совпадения? Что, если это не множество мотоциклов, а один настырный мотоцикл, который нас преследует?

Конечно, не исключено, что это всего лишь папарацци, надеющийся сфотографировать Джекки без лифчика, или выдавливающей прыщ на носу, или танцующей в пьяном виде в «Саут-Бич». Подобные люди слетаются на знаменитостей как мотыльки на пламя. Не может быть, чтобы здесь не шатались несколько таких; возможно, в этом все и дело – просто кто-то охотится с фотоаппаратом.

У меня отменно развиты естественные параноидальные инстинкты, а Джекки, в конце концов, платит за то, чтобы я их использовал.

Наш преследователь запросто мог выбрать в качестве транспортного средства мотоцикл – это идеальная машина для того, чтобы петлять в плотном транспортном потоке и чтобы уходить от погони в случае обнаружения. И три мотоцикла подряд – не слишком ли подозрительно?

Я обернулся, чтобы посмотреть в заднее стекло, но ремень безопасности застрял, едва не задушив меня, и я смог повернуться только наполовину. Я протянул руку к замку, но прежде чем успел нажать на кнопку, заверещал мобильник Джекки.

– Черт, – буркнула она. – Это, наверное, «Таймс». Можете ответить, Декстер?

Я взял трубку – это действительно оказался «Таймс» – лос-анджелесский. Джекки ответила на звонок, и когда я наконец сумел отстегнуться от своего кресла-убийцы и оглянулся, то не заметил ничего, кроме сияющей металлом массы машин. Я повертел головой, но мотоцикла так и не увидел, да и выхлопов больше не услышал. Поэтому решил пока выкинуть это из головы.

Впрочем, времени для размышлений у меня не оказалось и когда мы приехали на работу. Я сдал Джекки с рук на руки Деборе и поплелся в свою лабораторию исполнять долг пастыря при Роберте.

Я ожидал, что там будет и Ренни, но застал Чейза одного; он сидел, закинув ноги на мой стол и внимательно изучая газету. Когда я вошел, он оглянулся с виноватым видом и бросил газету на стол. Я постоял в дверях, а Роберт, словно вспомнив, что положено делать, улыбнулся.

– А! Эй! – сказал он и убрал ноги со стола.

 – Я хотел сказать, доброе утро!

– А что, разве Ренни не собирался прийти сегодня? – удивился я.

Роберт пожал плечами:

– Он подойдет попозже. Вечно опаздывает.

Для представителя шоу-бизнеса эта привычка показалась мне странной; впрочем, я вырос в Майами, где все живут по кубинскому времени, и «явиться рано» означает, что вы опоздали всего лишь на двадцать минут.

– Почему так? – все же спросил я.

Роберт сдвинул брови.

– Что ж, – вздохнул я.