Последний дубль Декстера

Но… Мы с вами принадлежим к разным мирам, вы это и сами прекрасно понимаете. Я вернусь домой в Эл-Эй, а вы – к жене.

– Вовсе не обязательно, – выпалил я прежде, чем успел сообразить, что говорю.

Она очень серьезно на меня посмотрела, и я не отвел взгляда. Она покачала головой:

– У вас дети, и… Давайте не будем запутывать все еще больше, ладно?

– Не так уж все и сложно, – возразил я.

Джекки грустно улыбнулась:

– Сложно, сложно. Не бывает не сложно.

– Я понимаю, я не торговец оружием из Греции, – сказал я. – Но…

Джекки удивленно подняла брови.

– О… Ох нет, дело вовсе не в этом. – Она перегнулась через столик и взяла меня за руку. – Денег у меня и так больше, чем я успеваю тратить. А если сериал протянет достаточно долго, чтобы закрепиться в сетке вещания, то я заработаю на ПВХ.

– Деньги ПВХ. В смысле, достаточно денег, чтобы Послать Всех на Хрен – всех, кто мне не нравится, и все, что мне не нравится. И не думать при этом о последствиях. – Она легонько сжала мою руку и отпустила ее. – Но дело вовсе не в этом.

– Тогда в чем? – спросил я.

Джекки снова глубоко вздохнула и повернулась к морю. Я смотрел на ее профиль. Очень красивый профиль, даже при том, что она немного портила его, хмурясь своим невеселым мыслям. О чем? Наверняка уж не обо мне.

– Я думала только о себе, – произнесла она наконец. – И из-за этого погибла Кэти.

– Нет, дайте уж я скажу. – Она нахмурилась еще сильнее. – Многие люди… ну, как бы сказать, полностью замкнулись на своих проблемах и желаниях и даже не задумываются о том, как это скажется на других.

– Ну, не только в вашем бизнесе, – возразил я: мне показалось, ее слова подходят и к нормальной жизни.

– Я этого всегда терпеть не могла, – призналась Джекки. – Я пыталась… – Она неопределенно махнула рукой. – Когда ты знаменит, возникает ощущение… вседозволенности, что ли? И я не раз видела, как это превращает людей в… в…

– В засранцев? – подсказал я, вспомнив Роберта.

– Можно и так сказать, – согласилась она. – Мне этого не хотелось.

– Вы и не такая, – сказал я.

– Стану такой, если уведу вас из семьи.

Я смотрел на Джекки, в ее бездонные фиолетовые глаза, на ее гладкое лицо в мелких веснушках, и вдруг осознал в полной мере, о чем мы говорим: о том, что Джекки может увести меня из семьи. Декстер, бросающий Риту и детей, чтобы поскакать навстречу мохитовым закатам и жизни сыра, катающегося в масле.