Последний дубль Декстера

Вообще-то слова «арест ожидается в ближайшее время» – фраза, древняя как мир, и в вольном переводе означает «улик пока не найдено», поэтому Мэтьюз использовал ее для того, чтобы все поняли: если арест не состоится, виноват будет лично детектив Андерсен.

– Поэтому, гм, – продолжал Мэтьюз, – я прошу вас всех хм… быть начеку, как просил мистер Эйсен. – Он улыбнулся сверху вниз Эйсену, который, похоже, этого не заметил. – Вам совершенно не о чем беспокоиться. При условии соблюдения мер предосторожности, конечно. Поэтому, пожалуйста, сообщайте полицейским, если увидите что-то… э… опасное.

 – Он насупился, словно сам услышал в своих словах противоречие, хотя, на мой взгляд, это было бы для него слишком сложно. Затем Мэтьюз повернулся и пару секунд угрюмо смотрел на Дебору, прежде чем еще раз прокашляться. – Сержанту Морган, – угрожающе произнес он и снова повернулся к аудитории, – известна внешность… гм… подозреваемого, – он удостоил Дебз еще одного долгого взгляда. – Хм. И она будет находиться на съемочной площадке до окончания процесса. В смысле, всех съемок.

Дебора не пошевелилась, даже не моргнула, но излучала столько недовольства, что я ощущал его задом через стул, находясь на другом конце стола. Мэтьюз смотрел на нее еще одну долгую секунду, прежде чем повернуться и одарить аудиторию слабой, неубедительной улыбкой.

– В общем, – заключил он, – хочу заверить вас, что мы уделяем этому делу максимум внимания. И еще хочу сказать, как мы рады, что вы здесь, в Майами. И я надеюсь, вам тут у нас понравится… Ну… э… Саут-Бич, ночная жизнь, пляжи… – Он кивнул собравшимся и изобразил наконец мужественную и уверенную улыбку.

 – Развлекайтесь.

Пока капитан рылся в памяти, вспоминая, не забыл ли еще что сказать, Эйсен тихо опустил ладони на полированную поверхность стола и произнес:

– Отлично. Благодарю вас, капитан. И детективы. – Он оглядел комнату. – Мы приехали сюда работать. Так давайте начнем. – Эйсен еще раз окинул взглядом собравшихся в поисках тех, кто не согласен с этим и собирается бастовать.

Не обнаружив таковых, он кивнул, встал из-за стола и быстрым шагом вышел.

Со своего места поднялся Виктор Террано, режиссер.

– Ладно, ребята, – объявил он, перекрикивая поднявшийся шум, – мы уже на два часа отстаем от графика, а мы ведь не сняли еще ни одного кадра. Все по местам, и начнем.

– Бебебе, – прокомментировал это кто-то из техников. Виктор только покачал головой.

– Давай, давай, Харви. Ты только не забывай, плачу-то тебе я.