Последний дубль Декстера

Он лишил меня единственного в моей жизни, что хоть как-то напоминало чувства, моей единственной попытки стать счастливым, и нет такого страдания, которое могло бы хотя бы отчасти отплатить ему за это, даже если бы я баловался с ним при помощи своего ножа каждую ночь в течение года, с каждым разом выполняя свои упражнения дольше и изобретательнее. Нет ничего такого, чем он мог бы ответить за все, что отнял у меня, но все, чем он может заплатить, я у него возьму. И не прекращу делать этого до тех пор, пока он дышит, отниму у него все без остатка: и все отвратительно белоснежные зубы, и отвратительно сияющую улыбку, и все отработанные жесты, и выражения лица – все-все.

Я отниму все, что у него было, все, кем он был или мог бы стать, и я навеки отправлю его в страну, где нет ничего, кроме боли, бесконечной, разъедающей душу боли. И когда все это завершится, я не буду прятать этого, чтобы копы могли найти меня, и это тоже правильно. В мире не осталось ничего, кроме тупой ноющей боли, а ее все равно где испытывать – на диване с Ритой или в тюрьме.

Возможно, это будет самое последнее, что я совершу, но я это сделаю. Я выдерну Роберта из его уютного, ухоженного гламурного мира и суну прямиком в мой мир Темных Развлечений Декстера. Он даже не представлял, что выпускает на свободу, потянув за мою ниточку. Я спешил к нему, и даже если он и догадывался об этом, то наверняка ждал вялого и неуклюжего Декстера Дневного, мягкотелого мямлю из лаборатории, пугающего не больше, чем кресло на колесиках. Но этот Декстер исчез, возможно, навсегда, а к Роберту сейчас спешило нечто совсем другое, и эта разница ему не понравится.

Совсем не понравится.

Я завел машину и вывел ее со стоянки, мимо дежурившего на въезде копа, в вечерний поток машин, и этот хмурый, лишенный звезд вечер впитывался в меня, наполняя уверенностью. Я был готов ко встрече с Робертом.

Я так углубился в эти приятные мечты, что даже не заметил, как выехал на магистраль номер один и направился по ней на юг, к Новому Дому. Машины фыркали, и сигналили, и еле плелись, но я покорно плелся вместе со всеми, думая только о том, что очень скоро произойдет с тем, кто заслужил это более любого другого.

Я свернул с магистрали налево и через несколько минут оказался на месте. Сначала я проехал мимо и проверил, на месте ли кто. Перед воротами гаража стоял маленький кабриолет с поднятым верхом; за ним виднелся поставленный кое-как минивэн Риты. Фул-хаус, полный дом, только козырная карта на стол еще не выложена.