Последний натиск на восток ч. 1 (СИ)

До князя доносилась речь словен и баварцев, саксов и данов, бургундская латынь и греческий язык ромеев, была слышна перебранка франков из Нейстрии и Австразии, и даже чудной выговор испанских готов уже иногда цеплял его ухо. По улицам катились груженые телеги, а на пристани легко одетые крепыши с сопением тащили на пузатый корабль ящики и горшки. Тут кто-то хотел до холодов в Белград дойти, чтобы по весне сразу же двинуть с товаром в столицу мира, Константинополь. Вот харчевня стоит, куда с государевой винокурни настойки отпускают.

Бывшему сотнику отдали это право. Только-только у него дело пошло. Эх! Князь даже губу прикусил. Если франки сюда дойдут, посад сжечь придется. Весь сжечь, до последней лачуги! И склады, и мануфактуры, и даже мельницы. Жаль до слез просто!

А вот и ворота Белого города. Сюда чужаков не пускали вовсе, а франков особенно. Только по письменному разрешению от самого боярина Горана сюда иноземец мог зайти, а Горан такими разрешениями не разбрасывался. И так уже десяток человек отъехал на солеградские рудники, признавшись на дыбе в повышенном интересе к местным оборонительным сооружениям.

Только все это напрасно было. Короли Хлотарь и Дагоберт все уже знали и подробные сведения обо всем имели, получив их от купцов и бродячих монахов. И ничего с этим сделать было невозможно, как ни старались Псы государевы, выискивая лазутчиков денно и нощно.

Князь зашел в свои палаты, бросив поводья стражнику. Служанки, попадавшиеся навстречу, приседали, склонив головы в аккуратных белых чепцах.

Батильда, поставленная старшей над домашней прислугой, держала всех в железном кулаке, понемногу оттеснив княгиню от правлением делами. Уж очень много тут стало нянек, прачек, поломоек и ключниц, за всеми не уследить.

— Батя! — дочь Умила бросилась навстречу. — Сказку расскажи!

— А мама разве не рассказывает? — князь поднял на руки свою любимицу, целуя в нежные свежие щечки.

— Рассказывает, — дочь обвила руками его шею. — Хочу, чтобы ты рассказал! Про трех поросят хочу! И про Емелю! И про Незнайку! Мама таких сказок не знает.

— На ночь тогда, ладно? — князь осторожно спустил дочь на пол. — А где мама?

— Мама на капище, — ответила дочь. — Она Богине жертвы приносит. Там народу! Туча просто! Там всегда народу много, когда мама на капище молится. Они считают, что она сама живая Богиня и есть. Батя, а когда я вырасту, я тоже Богиней стану, как мама?

— Даже не знаю, доченька, — нахмурился князь. — Даже не знаю…

Дом купца Марка был богат.