Последний натиск на восток ч. 2 (СИ)

 — Твое дело воинское. Приказ получил, врага увидел — делай свое дело. А то, что знать надо, тебе потом скажут, когда время придет.

Воины, разминая затекшие руки и ноги, с радостным гулом потянулись на улицу. Карты и сухари всем уже просто осточертели. Лучники натягивали тетиву, а копейщики шли к стенам, торопливо застегивая шинели, в которых изнутри были нашиты железные пластины. Им не велено было до команды показываться.

Стоян осторожно глянул между бревен. Однако! Не меньше сотни бойцов идет сюда, и народ всё непростой.

Двигаются, как воины, лестницы умело тащат. Ни у кого ничего не бренчит, и не звякает, хотя у многих кольчуги под плащами и пояса воинские. Плащи не такие, как в Новгороде шьют, и фибулами на плече застегнуты. Тут воинские люди такого давно уже не носят, уж больно неудобно и холодно. Копья и топоры пришлые бойцы держат привычно, а на поясах у них германские саксы длиной чуть не в локоть. Кто же это такие будут? Даже любопытно стало.

— Лучникам, приготовиться, — негромко сказал Стоян, и по стене пошел шорох от его слов, от одного воина к другому.

Он и сам любил иногда из лука пострелять, когда обстановка позволяла. Стоян до сих пор одним из лучших в этом деле был. Кроме мальчишки того, сироты… Где он, кстати? Давно о нем не слышал никто. Сгинул, наверное.

— Стрелять по команде! — пошла новая волна по стене.

Узкие бойницы между бревен для стрельбы подходили просто прекрасно. Их, собственно, именно для этого и делали. Сотня шагов! Семьдесят! Полсотни! Тридцать! Враг перешел на бег, а вперед вышли крепкие парни с лестницами.

Если бы тут два десятка воинов было, как боярин Горан сказал, смяли бы вмиг.

— Бей! — коротко крикнул Стоян, с хрустом натянув тетиву. Чудовищные мышцы чуть не прорвали рубаху на спине, а необыкновенно тугой лук, выстрелить из которого смогли бы лишь единицы, радостно тренькнул выстрелом.

Есть! Воин без доспеха упал, как подкошенный, поймав в грудь четырехгранную стрелу. Рядом с ним упали и другие, но множество стрел впивалось в снег, не причиняя никому вреда.

— В такую вас мать! — заревел Стоян. — Третий десяток! На стрельбище сгною! На кой ляд доспешных воев в грудь бьете! Ноги, курьи дети! В ноги стреляйте!

Шквал стрел скосил десяток наступающих, и они замедлили шаг, начиная понимать, что попали в засаду. Не могут два десятка пустить три сотни стрел за минуту. Окончательно они убедились в своей правоте, когда сзади начал разворачиваться эскадрон конницы, состоявший из безусых мальчишек.