Последний натиск на восток ч. 2 (СИ)

А потом он как-то ляпнул прилюдно: «Hе копите себе сокровищ на земле, где моль и ржавчина разъедают, и воры вламываются и уносят; но копите себе сокровища на небесах, где ни моль, ни ржавчина не разъедают, и где воры не вламываются и не уносят; ибо где сокровище твое, там будет и сердце твое». Тут-то и поняли все, что чудеса его от самого нечистого, а сам он распоследний самозванец. Такого ведь даже сама святая Радегунда себе не позволяла. Святые отцы сильно на него за это разгневались. Ишь, сказали, негодяй какой, удумал словами из Священного Писания народ смущать.

— И что с ним за это сделали? — всхлипывая от смеха, спросила Нантильда.

— Епископ Аврелий Арелатский слуг за ним послал, — пояснил герцог. — С его благословения они того проходимца и зарезали(4).

— А этот тоже все бедным раздает? — спросила Нантильда.

— Что вы, королева! — отмахнулся герцог. — Этот жадный, как лионский меняла. Но тоже хорош, ничего не хочу сказать.

— А каков он? — жадно спросила королева.

— До того речистый негодяй, что толпу зимой купаться уговорит, — убежденно ответил Арнеберт.

 — Как рот свой раскроет, так целые толпы собираются. Он как-то двух слепцов наложением рук при всех излечил, и в него куча народу уверовала. А уж бабы от него, словно заколдованные выходят. Верят каждому его слову. С ним целая шайка работает. Это они слепыми и хромыми притворяются, порядочных людей дурят. Я их всех повесить хотел, ваше величество, а тут вы приехали. Может быть, колесуем кого-нибудь? У нас давно на колесе не казнили никого. Надо хоть немного народ поразвлечь. Скука здесь просто неимоверная.

— Давай колесуем, я не против, — равнодушно пожал плечами Дагоберт, и герцог Арнеберт, поклонившись, вышел прочь.

— Подари его мне, мой король, — Нантильда положила свою маленькую ручку на плечо Дагоберта. — Нам очень пригодится этот человек.

— Но он же виновен в святотатстве! — удивленно посмотрел на нее король. — Ты не хочешь, чтобы его казнили?

— Конечно же, нет! — решительно помотала головой Нантильда. — Наоборот, я пообещаю ему кучу золота, если он сделает то, что я ему скажу.

У меня как раз родилась одна неплохая мысль…

1 Аллод — земля в безусловной наследуемой собственности. Аналог боярской вотчины. В отличие от аллода, феод или фьеф давались за службу и могли быть отняты.

2 Лимес — римская система пограничных укреплений, проходящая по рекам и горам. По границам стояли лагеря легионов.

3 В это время языческие капища и священные рощи существовали вполне законно.