Последний натиск на восток ч. 2 (СИ)

И он не понимал, как можно ее взять. Сесть в осаду? Плюнуть и идти дальше? Но с башни простреливается дорога, по которой пойдет войско! А еще с башни валил черный дым, который кто-то то прикрывал на время, то снова открывал. Дым поднимался какими-то рывками, и в этом явно была какая-то непонятная логика… Пожалуй, эту башню они все-таки обойдут.

Раздался истошный вопль. Арнеберт, расталкивая воинов, подошел к яме, в которую провалился один из его воинов. Тонкие жерди, присыпанные прошлогодней хвоей, скрывали коварную ловушку.

— Дьявол, ненавижу вендов! — сплюнул Арнеберт, глядя, как его дружинник лежит на дне и пускает кровавые пузыри. Из его спины торчал окровавленный кол, вкопанный в землю. Да, Гундоланд был прав, легкой прогулки тут не будет.

Три дня спустя Новгород показался перед изумленными франками. Они прошли несколько башен, подобных той, первой, и у каждой из них потеряли два десятка воинов убитыми, и ранеными еще три раза по столько. Те несколько переходов, что франки должны были пройти от баварской границы, оказались сущим адом.

Стрелы и дротики летели день и ночь, а деревья падали, убивая людей и лошадей, перекрывая путь… А после этого стрелы начинали лететь еще гуще. Счет раненым шел на многие сотни, и уже не хватало телег для них. Все хотели только одного, вырваться, наконец, из этого проклятого леса.

Через пять дней они его, все-таки, прошли и увидели Новгород, богатейший город вендов. Исполинские стены и башни были окружены кольцом огня. Пригороды горели веселым пламенем, а затухающие угли напрочь убили всю надежду на легкую поживу.

Грабить тут было нечего.

— Ставьте шатры, — бросил Дагоберт, который с изумлением оглядывал твердыню, которая раскинулась перед ним. — Ищите вендов по соседним деревням, нам понадобятся рабочие руки.

Лагерь у стен Новгорода перекрыл все пространство от Дуная до Инна. Обозленные франки совсем скоро начнут прочесывать окрестности, но не найдут там ни души. Деревни окажутся сожжены на день пути отсюда, и это было скверно.

В этой местности двадцати тысячам здоровых мужиков было попросту нечего жрать.

— Сихарий, зови этого князька на разговор, — бросил Дагоберт дворцовому графу, и тот, склонив голову, поскакал к воротам, размахивая пучком веток.

Пригород уже почти догорел, и конь, пугливо всхрапывая, обходил горячие угли, которые разносил ветер. Воздух все еще был горяч, и Сихарий с любопытством оглядывался по сторонам. Он бывал тут не раз, приезжая инкогнито с торговыми караванами.