Последний резерв

События стремительно развивались.

На несколько мгновений стало оглушающе тихо, словно все вокруг замерло или притаилось.

Доклад командира взвода легкой пехоты по рации о занятии высоты совпал с нападением. Повстанцы атаковали под прикрытием леса.

«Рапторы» опередили колонистов на несколько минут. Много это или мало? Время в бою течет по своим законам, плохо соотносящимся с теорией относительности Эйнштейна. Секунды растягиваются в вечность, часы превращаются в мгновения.

Первый удар получила правофланговая машина.

К ней одновременно протянулось несколько дымных щупалец противотанковых ракет, выпущенных из ручных гранатометов. Бортовая электроника засекла пуски и мгновенно отреагировала на угрозу. Компьютер пассивной обороны работал самостоятельно, в автономном режиме. Вмешательства экипажа не требовалось. «Умная» машина отстрелила кассеты с противоракетными аэрозолями. На пути стальных стрел со смертоносной начинкой, стремительно летевших к «Раптору», вспухли серебристые облачка.

Обманка сработала. Электронные взрыватели откликнулись на ложную цель, подорвав боеголовки ракет.

К серебристым облачкам прибавились другие — бело-желтого цвета. В воздухе кисло запахло сгоревшей взрывчаткой.

Надежно укрытые стеной леса истребители бронетехники не собирались останавливаться. Сегодня они не испытывали недостатка в боеприпасах.

Расчеты переносных противотанковых комплексов вели почти непрерывный огонь, делая редкие паузы на перезарядку. Среди деревьев появлялись вспышки, обозначавшие очередной пуск.

Все новые следы ракет смертельно опасными росчерками пытались дотянуться до стальных «коробочек» легкой пехоты.

Наводчики-операторы орудий открыли огонь по лесу, ориентируясь по данным тепловизоров, засекавших очередной огненно-жаркий старт на позициях гранатометчиков.

Живые консервы в броневой упаковке не собирались сдаваться задешево. Надо разменять свои жизни по курсу, невыгодному для врага. Не жизнь за жизнь, а душу за души. Чем больше, тем лучше.

Злые очереди тридцатимиллиметровых орудий выкашивали в лесу широкие просеки.

Стволы деревьев разлетались в мелкую щепу. Некоторые деревья падали, образовывая завалы из переплетенных крон, намертво сцепившихся ветвями. Буреломы резко контрастировали со свежими просеками.

На месте уничтоженных огневых точек, как по мановению волшебной палочки злой колдуньи, возникали новые, будто джунгли решили показать чужакам, кто здесь настоящий хозяин.

— База, прием! Я четвертый! Закрепились на высоте триста шесть и четыре.