Последний резерв

Жаркая волна прокатилась по лесу, заставив оставшихся в живых пехотинцев плотнее вжаться в землю. На излете она пригладила деревья на опушке и растворилась без следа в море джунглей.

Взрывом «Раптор» разнесло на части, разметало корпус, катки с обрывками гусениц превратились в бесформенные куски металлолома…

Последней в строю оставалась машина Улыбчивого Вика. Она пока избежала прямых попаданий, ловко маневрируя под защитой склонов и ложбинок высоты 306,4.

— База, прием! Здесь становится жарко! — взывал в микрофон рации лейтенант.

 — Без поддержки не продержаться. Прошу «добро» на отход.

— Оцените степень угрозы, — немедленно отозвались наушники голосом начальника штаба.

— Штурмовики скоро будут, — вклинился в эфир командир базы. — Расчетное время подлета — восемь-двенадцать минут.

— Долго! Очень долго! Охренели, что ли?! — завопил лейтенант, наплевав на субординацию. — Нам здесь не выстоять!

— Вы не имеете права допустить прорыва повстанцев, — скрипучим официально-казенным голосом отозвался подполковник… и отключился.

Все участники радиоразговора знали: необходимость в армии всегда ставится выше эмоций. Да и, наверное, всего остального тоже.

Некоторые начальники определяют ценность военного по шкале его возможностей сражаться. Не только на гражданке люди с возрастом становятся циничнее, обрастают толстой кожей, стремясь отгородиться от эмоций внешнего мира, чтобы спрятаться от укоров собственной совести.

Тем интереснее бывает найти в железном человеке неизвестную для подчиненных трогательную сторону.

Аэроботы штурмовой авиации еще прогревали двигатели на взлетной полосе аэродрома подскока, а с базы уже выдвигалась колонна тяжелой техники.

Броня двигалась в ту сторону, куда ушли юркие «Рапторы» взвода легкой пехоты.

В башне головного танка «Миротворец» сидел командир базы. Позвякивали металлокерамические пластины, дополнительно навешенные на защитный бронекостюм. Вопреки здравому смыслу и требованиям уставов подполковник лично повел ударную группу на выручку взводу, вцепившемуся из последних сил в высоту 306,4.

Почему вопреки? Потому что командир должен руководить сражением, а не ходить в штыковые атаки. Ветеран не смог усидеть на безопасном командном пункте. За себя он оставил начальника штаба. Видимо, все-таки не успел обрасти толстой дубленой шкурой, положенной по возрасту и званию.

…Лейтенант всего этого не знал. Он не сводил глаз с дисплея, на котором тревожно мигал ярко-фиолетовый индикатор.