Последний срок

Кровь выходила из всех естественных отверстий и многих новых, образовавшихся от удара о землю. Череп был расколот, отчего голова и лицо деформировались и выглядели так, будто отражались в кривом зеркале. Левый глаз выскочил из глазницы и болтался на щеке. Из расплющенной грудной клетки торчали осколки ребер и ключиц.

Босх не моргнув глазом приступил к изучению трупа, выискивая необычное в том, что лежало на брезенте, хотя ничего необычного там не было. Оглядел внутренние стороны рук – нет ли следов уколов; ногти – не обнаружатся ли инородные частицы.

– Я опоздал, – сказал он. – Есть ли что-нибудь такое, что мне следует знать?

– Парень приземлился лицом, что нехарактерно даже для самоубийц, – ответил Ван Атта. – И хочу привлечь твое внимание к кое-чему еще.

Он показал сначала на правую, затем на левую руку жертвы, распростертые в луже крови.

– Все кости рук переломаны, буквально раздроблены, но нет сложных переломом и порывов кожи.

– О чем это говорит?

– О двух возможностях: первая – серьезно решив поквитаться с жизнью, он даже не вытянул перед собой руки, чтобы смягчить удар.

– И вторая возможность?

– Он не вытянул перед собой руки и не попытался смягчить удар, потому что в момент столкновения с землей был без сознания.

– И это говорит о том, что его выбросили из окна?

– Скорее уронили. Нам предстоит проверить это, смоделировав ситуацию, но впечатление такое, что он летел вниз отвесно.

– Ясно. Что насчет времени смерти?

– Мы измерили температуру печени и произвели подсчеты. Как ты понимаешь, результаты неофициальные. По нашему мнению, смерть наступила между четырьмя и пятью часами.

– Таким образом, он лежал на дорожке час или более, пока его не заметили?

– Не исключено. Постараемся уточнить временной промежуток на вскрытии. Можно уносить его?

– Да, если это все, что ты хотел мне сказать.

Спустя несколько минут Босх подходил по дорожке к гостиничному гаражу. На булыжной мостовой одиноко стоял «линкольн» с городскими номерами. Машина члена муниципального совета Ирвинга. Проходя мимо, Босх заметил за рулем молодого шофера, а рядом, на переднем сиденье, мужчину постарше в костюме. Заднее сиденье как будто пустовало, хотя затемненные стекла не позволяли судить об этом.