Последний борт на Одессу

К вечеру Ковальски отправился в камеру, а Казарян, потирая руки, обратился ко мне:

– Воскресный вечер удался, товарищ Новиков? А не прогуляться ли нам с вами до ресторану? – Видя мои сомнения, он добавил: – Не боись, полиция Одессы таки угощает!

В принципе, дело хорошее, пообщаться с коллегами в неформальной обстановке. Отказ будет воспринят враждебно, так что я кивнул.

– Позвоню только своим, а то целое воскресенье пропадаю неизвестно где.

Оказалось, что не особо-то меня и ищут. Женя с Таней катаются по Одессе на такси, осматривают местные достопримечательности.

А Дима с Лешей продолжили свой вояж по одесским кабакам.

Вместе с нами поехали еще и Вася Луценко, Степан Незлобин, здоровенный опер, с которым я познакомился несколькими днями ранее, и Андрюха Савин, молодой паренек, тоже в воскресенье работавший на показах [следственный эксперимент (сленг.)]. Все вчетвером завалились в служебную «буханку», и Казарян сам повел машину в самое знаменитое, как меня уже предупредили, питейное заведение Новой Одессы.

Бар «Гамбринус». Название мне ни о чем не говорило, я в Новой Одессе недавно, поэтому побывал пока мало где. В «Гамбринусе» точно не был. «Буханка» весело катила по улицам города, обрызгивая запоздавших прохожих потоками грязной воды. Казарян хоть и притормаживал, но все равно иногда выходило так, что машина на довольно высокой скорости пролетала по большим лужам. Наконец «буханка» остановилась около трехэтажного кирпичного здания. Как я успел заметить, мы ехали в противоположную от набережной сторону и уже находились в домах новой постройки. Несмотря на то что здание перед нами было построено из кирпича, первый этаж был обит деревянными досками в корабельном стиле. На досках, имитирующих борт корабля, красовалась надпись «Гамбринус», и большой спасательный круг висел около входа в бар.

Казарян хлопнул дверцей, поправил кобуру с пистолетом на поясе и скомандовал:

– Ну что, банда, пошли!

Я в суматохе забыл, что тоже с оружием иду в кабак, за что полагается штраф.

Но никто из моих новых знакомых этим не тяготился. А я, кстати, догадываюсь почему. Скажут, что по службе. Да и кому скажут? Кто их тут спросит?

Сразу за входом располагался гардероб, куда мы сдали свои кожанки. Казарян, поздоровавшись с выбежавшим навстречу ему метрдотелем в морском кителе, что-то зашептал тому на ухо. Метрдотель, немолодой мужчина под пятьдесят, уже седой, закивал и повел нас мимо деревянных столиков в дальний угол.