Последний Герой. Том 2

Поэтому мозг не задет, что уже само по себе чудо. Повторюсь, такое ранение — один шанс из тысячи, не иначе. Редкое везение.

— Это я понял, док… А почему он не задохнулся? В земле. Обернутый полиэтиленом? Тоже везение?

Хирург внимательно посмотрел на Валета, чуть замешкался, словно подбирая слова, потом негромко и спокойно произнёс:

— Пакет был повреждён осколками кости. Получилось отверстие. Да и сознание он потерял сразу, а тогда рефлекторно дыхание замедлилось до минимума. В таких случаях организм переходит на «аварийный режим»: потребность в кислороде резко снижается.

Повезло, что земля была рыхлая — воздух проникал через отверстие в пакете и, возможно, в полостях под ним сохранился к тому же. Савченко фактически дышал, пусть и едва заметно. Глубокий обморок плюс низкая потребность в кислороде позволили продержаться ему какое-то время, до того момента, пока его не спасли.

— В рубашке родился, — задумчиво кивнул Валет.

Хирург чуть помолчал и добавил:

— По-честному, второй раз такое не повторится.

Тут всё сыграло за него: ранение, шок, дырявый «пакет» и рыхлая почва. Ну а кровотечение остановилось само. Такое бывает, организм ведь — штука в общем-то продуманная, мгновенно спазмирует сосуды из-за болевого шока. Потом образовался тромб — естественная защитная реакция. А вот потеря сознания выглядела для тех, кто его хоронил, почти как смерть: неподвижность, дыхание неуловимое, пульс нитевидный, только специалист смог бы прощупать. Так проявляет себя сильнейший травматический шок и сопутствующий ступор нервной системы. Это не клиническая смерть, а шоковое состояние. С виду, вроде, покойник, но мозг жив и активно борется за выживание.

— И что дальше? Когда на ноги встанет? Он мне п*здец как нужен. Ты слышишь? Дорогой мой Лёня.

Хирург медленно выдохнул, покачал головой:

— Сейчас я удалил костные осколки из глазницы, мы очистили рану, остановили кровотечение окончательно. Сутки-двое пациент может провести без сознания, это нормально после таких тяжёлых травм.

Но мозг, к счастью, не пострадал. Когда организм наберётся сил и стабилизируется, он обязательно очнётся. Выживет.

— Когда? Лёня! — терял терпение Вальков. — Когда? Мать твою за ногу!

— Герман Сильвестрович, простите, случай редкий, я не берусь за прогнозы… Но… последствия будут серьёзные, — продолжил врач. — Глаз полностью утрачен, мягкие ткани лица сильно повреждены. Лицо, разумеется, станет другим, это навсегда. Но и это не самое важное.