Посмаковав вино и немного отяжелев, посидел еще какое-то время и лег спать.
Назавтра управляющий провел для меня экскурсию по замку и его окрестностям, то есть ознакомил со всем, что производилось в округе. Замок мне понравился – просторный, но не громадный, даже какой-то уютный. Раньше казалось, средневековье – это что-то мрачное, серое, холодное, но на деле оказалось все не так, комнаты были с большими окнами, в этом мире делали стекло и зеркала, светлые стены, покрытые штукатуркой и побеленные, при этом побелка не вымазывала одежду и не бралась на руки.
В конце прогулки я спросил управляющего, нет ли у него на примете кого-нибудь, кто мог бы пригодиться мне в качестве управляющего в столичном доме. У Магора забегали глаза, и он замялся, не зная, что сказать.
– Ну, ну, Магор, что ты так замялся, говори, не бойся, – надавил я на него.
– Ваша милость, – наконец осмелел он, – есть у меня такой человек, вернее девица, дочка моя. Да только боязно мне отпускать ее в столицу, соблазнов много, а вдруг какой лиходей обманет девицу, и что тогда делать?
Намек я, конечно, понимал, молодой барон вдруг не удержится, и ведь не откажешь, а если силком, так потом управы не найдешь.
– Слово я тебе сейчас дам, – успокоил я его, – что буду за ней как за своей младшей сестрой смотреть, и никто не посмеет ее тронуть, тем паче обидеть, а если какой хороший человек захочет ее в жены взять, так то с твоего благословения только. Давай-ка приводи ее и сам приходи, обговорим и оплату, и обязанности ее, чтобы ты знал и не боялся.
Управляющий ушел, а я отправился на ужин. Немного перекусил, обидев при этом, наверное, повара – он, понимаешь, старался, наготовил всякой всячины, а барон так, поковырялся, и все. Поблагодарив всех, кто готовил, я пошел в свой кабинет, который тоже тут был, и стал ждать управляющего с дочерью.
Когда вошли Магор и его дочь, я даже пожалел, что так необдуманно давал слово, уж очень хороша была девица. Но если честно разобраться, то я бы все равно не стал ее соблазнять, нельзя подрывать доверие поверившим тебе людям, тем более, если они твои подчиненные.
Правда, и возраст ее был по меркам этого мира критический, где-то лет 18, а здесь замуж простолюдинки выходили в 15–16 лет. Но это для них критический, для меня так в самый раз, а то и молодая еще.
Поговорив и проверив девушку, убедился, что грамотная, может писать, считать и неплохо разбирается в ведении хозяйства.
