Онлайн-библиотека книг
– Я не во вкусе Художника…
– Поверьте человеку, чья работа – оказываться там, где совершено преступление: в больших городах гниль в каждой щели, и вся она вылезает с наступлением сумерек.
Элейн вздохнула. Стоило ли сообщать этому человеку, что самый гнилой карнаби жил с ней под одной крышей и являлся его братом?
– Почему у меня ощущение, что вы сейчас подумали про Ковина? – чуть сощурившись, произнес он, а затем хлопнул себя по бокам. – Давайте-ка я провожу вас до дома. Хочу убедиться, что вы доберетесь невредимой.
Она лишь хмыкнула. А потом выдохнула:
– Вы – благородный конь!
Оддин оторопел:
– Не совсем понял: это оскорбление или…
– О нет. Не берите в голову. И, да, проводите меня, пожалуйста, не хотелось бы снова нарваться на полицейских.
Он хохотнул и, пробормотав: «Не того следует бояться», – предложил выйти из кабинета.
Они неторопливо шли по ночному Нортастеру. С наступлением темноты воздух в эти дни становился прохладным, и Элейн куталась в плащ, пытаясь расслабить спину и плечи, чтобы было не так холодно.
– Что вам нужно от моего брата? – нарушил тишину Оддин.
Элейн вздрогнула и внимательно посмотрела на спутника. Он был значительно выше нее и сейчас смотрел сверху вниз, но – даже в тусклом свете редких факелов было видно – без пренебрежения или злости. Его голос был ровным, лишенным всяких эмоций, кроме, может быть, любопытства.
– Ничего не ну…
– Вы проделали весь этот путь из Лимеса, чтобы устроиться в дом к человеку, которого избегает половина Мидленда? Послушайте, Элейн, для меня очевидно, что вы не глупы, а значит, понимаете, что из себя представляет Ковин Торэм.
Она вздохнула.
– Вы тоже знаете, что собой представляет Ковин Торэм. Для меня очевидно, вы не жестоки, а значит, понимаете: то, что он делает, недопустимо.
Оддин хмыкнул. Подняв руки, будто сдавался, он ответил:
– Но он мормэр и сын моей матери. Два этих обстоятельства вынуждают меня мириться с происходящим.
– Зато мне он никто.
– Элейн, он все еще мормэр…
– Перед Солнцем все равны.
Он чуть помолчал. Хотел было что-то сказать, но затих. Они миновали около пяти домов, прежде чем Оддин заговорил снова.
– Как, вы сказали, ваша фамилия? Из какого вы клана?
Элейн поняла: он сопоставил факты и пришел к каким-то выводам.
– Моего клана больше нет. Я просто Элейн из Лимеса.
Снова повисла пауза.
– Ковин имеет к этому отношение? – глухо спросил он.
Она встала, вынудив остановиться и его.
