Интересно, кого она имела в виду?» - мелькнуло в голове.
Фигурка остановилась, обернулась на замок, словно почувствовала взгляд Себастьяна, а потом опустила голову и продолжила свой путь.
На мгновение в сердце мужчины кольнуло раскаянье – может быть, король прав – он поспешил и зря уволил служанку? Работу в здешних местах найти непросто...
И тут же сам себя успокоил – девчонка сама виновата! Никто не заставлял её подкрадываться к кабинету хозяина и слушать, о чём тот разговаривает. Только шпионок ему здесь не хватало! Хотя, что взять с женщины?! Его бы воля, он оставил бы в замке только мужскую прислугу, но, к сожалению, без женских рук совсем не обойтись.
Приходится терпеть несколько таких сорок, но это не значит, что он обязан быть всепонимающим и всепрощающим!
Или безукоризненно выполняй свои обязанности, или выход там.
Себастьян отвернулся от окна и с тоской скользнул взглядом по тёмному экрану визора – вот надо же было его величеству с утра пораньше испортить настроение!
Вчера выяснилось, что королева в тягости, и от этой новости король пришёл в такой восторг, что немедленно вспомнил о неженатом и бездетном герцоге Гильермо.
В очередной раз неженатом...
Его светлость пристроил на широкий подоконник пятую точку и задумался.
Жениться не хотелось, от слова «совсем».
Он там уже четыре раза был, и теперь твёрдо уверен – хорошее дело браком не назовут! Но у его величества стадия гнездования, и он решительно не желает слушать никаких доводов!
Женись, и точка!
Если бы всё было так просто!
Себастьян прикрыл глаза, вспоминая первую жену, леди Лилию.
Нежная и кроткая, она по-настоящему ему нравилась. Но, к сожалению, оказалась слабого здоровья – юную миледи просквозило на свадьбе. Не прошло и двух месяцев, как он овдовел. Не помогли ни лучшие врачи, ни целительская магия, ни народные средства. Герцогиня сгорела свечкой.
Второй раз он женился на леди Аделаиде, дочери герцога ле Солен. Девица оказалась вздорной и избалованной.
Она требовала постоянного внимания, поклонения и подарков, с упоением и знанием дела закатывала мужу истерики по любому поводу и не спешила порадовать наследником.
Стыдно признаться, но он испытал настоящее облегчение, когда взбалмошная и капризная девица погибла, попав под копыта взбесившийся лошади.
Причём, погибла она исключительно по своей вине – в тот день он запретил ей выходить на улицу."
"Утром привезли нового, ещё необъезженного коня.
