Последыш. Книги I и II

Слишком много здесь было особой, ни на что не похожей магии, и слишком много колдовских ритуалов совершалось на этом месте.

Вернувшись в свою келью, Ингвар уже не стал ложиться спать. Да, если бы и лег, все равно бы не заснул. Слишком много магии, сродной его собственной растворилось в его крови, плоти и костях. Поэтому он решил заняться чем-то таким, чего еще ни разу не пробовал делать в этой своей новой жизни. Он решил медитировать. Но «уйти в пустоту и безмятежность» оказалось совсем непросто. В голову все время лезли воспоминания о «сошествии в ад» и размышления на тему добра и зла.

Однако в какой-то момент он все-таки отстранился от злободневного и растворился в вечном. Это удивительным образом прочистило ему мозги и в очередной раз примирило с действительностью, данной нам в ощущениях. Этот мир, и в самом деле, не был совершенен. Он был построен на весьма неоднозначном с моральной точки зрения фундаменте и так и не смог пока избавиться от множества «родимых пятен» своего ужасного прошлого. Но это был мир, в котором жил Ингвар Менгден, и любая попытка изменить этот мир сколько-нибудь кардинальным образом могла привести только к катастрофе. Для самого Ингвара и для мира, в котором он собирался прожить долгую — по возможности, счастливую, — жизнь.

«Она не Назарова, — решил Ингвар, обдумав имеющиеся в его распоряжении факты и ощущения, — во всяком случае, эта фамилия не имеет никакого значения. Вопрос, чья она дочь на самом деле, и кто ее за меня сватает!»

Очевидно, это должен быть кто-то не меньшего калибра, чем Нестор Глинский.

Но в отличие от Глинского этот неизвестный действует не так нахраписто. Он осторожен и хитроумен, и он весьма умело ведет свою игру. Другое дело, отчего так, а не иначе? Боится спугнуть потенциального зятя или просто предпочитает «дружить», а не «воевать»? И приглашение на охоту уже не выглядело ни откровенным оскорблением, ни попыткой поставить молодого Менгдена на место. Но, если так, то в чем смысл всей этой возни?

«Рано или поздно мы узнаем ответы на все наши вопросы, — вздохнул Ингвар мысленно.

 — Или, как минимум, на большинство из них».

Сборы на охоту начались уже ближе к вечеру. Предупрежденный слугой, Ингвар вернулся в свою комнату и переоделся в охотничий костюм, не забыв поддеть под длиннополый пиджак из шерстяного твида тонкий плотной вязки свитер. Погода стояла хорошая, и ночь, по прогнозам, будет ясная, но в конце мая на этой широте все еще скорее холодно, чем тепло, тем более в вечернее и ночное время.