Так хорошо нам стало, тепло, надежно… Теперь вот встречаемся рано утром и ходим, молчим, а на душу благодать снисходит.
Стасов молчал, вспоминая, как четыре месяца назад ходил по улицам рядом с Татьяной, с которой только что познакомился, и умирал от восторга и какой-то необъяснимой нежности.
— Эти ваши прогулочки посильнее постели, пожалуй, будут, — заметил он. — Если бы мне сказали, что на мою любимую женщину снисходит благодать, когда она гуляет по парку с другим мужчиной, я бы сдох от ревности. Уж лучше бы она с ним просто спала, это хоть не так обидно.
Быть плохим любовником не стыдно, это уж кому что дано. А вот понимать, что ты скучен и неинтересен — это совсем другое. Тут уж вешаться впору.
— Приятно, что ты это понимаешь, — усмехнулась Настя.
Она налила Стасову чай, себе — растворимый кофе, поставила на стол большую плоскую тарелку с гренками и села напротив него.
— А теперь, — сказала она, сделав маленький глоток и поставив чашку на блюдце, — ты меня спросишь, с чего это я перед тобой так открываюсь.
Да? Вроде впервые разговариваем, только-только познакомились, а я с тобой так откровенничаю. Подозрительно?
— Ну, в целом… Конечно, подозрительно. Туфту гонишь? Проверяешь?
— Нет, правду говорю. Но у меня, Стасов, выбора нет. А когда выбора нет, тогда все просто. Есть один путь, по нему и топай, хочется тебе или нет, но топай. Мне убийство надо раскрыть, а для этого мне нужен ты. И темнить с тобой, врать и, как ты выразился, туфту гнать опасно. Ты можешь уличить меня в неискренности, и тогда ничего у нас с тобой не получится.
Мне с тобой дружить надо.
Стасов внутренне поежился. Насквозь она видит, что ли? Но, с другой стороны, такая простая, открытая…
— Будем дружить, — кивнул он. — Пойми меня правильно, я в «Сириусе» работаю всего месяц. С одной стороны, я заинтересован в том, чтобы убийство Алины было раскрыто, неважно кем, вами, или мной, или вместе. Важно, чтобы убийца был разоблачен. Потому что если этого не случится, то с вас какой спрос, а с меня Мазуркевич башку снимет.
Зачем ему начальник службы безопасности, если ведущих актрис могут безнаказанно убивать. Ловишь мою мысль?
— Догоняю, — ответила Настя, чуть усмехаясь.
— С другой стороны, я за этот месяц еще мало во что вник, людей знаю плохо, и вообще… Одним словом, помощник из меня слабоватый получится. Но можешь рассматривать меня просто как дополнительную рабочую силу. Считай, что я — еще один опер в вашей группе. И можешь на меня полностью рассчитывать.
