Правда, ее саму пока что никто не спрашивал, может, она и сказала бы, где была, но это мы оставим следователю. А что с Семенцовой?
— Ничего. В парикмахерской она не была, у массажистки тоже не была, это все вранье. Более того, Стасов нашел людей в «Сириусе», которые утверждают, что звонили вечером Зое домой в районе десяти-одиннадцати часов. Знаешь, оказывается, когда у тебя случается неприятность, находится куча людей, которые хотят спросить у тебя, правда ли это. И вечером ей позвонили по меньшей мере две приятельницы, чтобы узнать, правда ли, что Смулов хотел взять ее на эпизод, а Зарубин запретил, и правда ли, что случилось это по инициативе самой Алины Вазнис.
Одна из них звонила в начале одиннадцатого, другая — почти в одиннадцать, а около половины двенадцатого снова позвонила первая. Видать, уж очень сильно ей хотелось посмаковать чужую беду.
— И Семенцовой, конечно, дома не было?
— Конечно, не было. Во всяком случае, трубку никто не снял. А Стасову она сказала, что пришла домой около десяти.
Ася, ты вроде не в себе сегодня.
— Почему ты решил? — искренне удивилась Настя. — Настроение у меня нормальное, чувствую я себя отлично, ничего не болит, никто меня не обидел. Что ты выдумываешь-то?"
"— Я не выдумываю, а только я сижу у тебя уже полчаса, а ты еще ни разу кофе не выпила и мне не предложила.
Настя расхохоталась. Юрка был ее давним и близким товарищем и прекрасно знал, что без чашки кофе она не может прожить и двух часов.
Многолетние наблюдения говорили о том, что после утренних оперативных совещаний Настя, возвращаясь в свой кабинет, первым делом включала кипятильник и делала себе огромную чашку крепкого кофе, без этого она работать не начинала.
— Надо понимать, что главное в твоей фразе — последняя часть. Ты вежливо намекаешь на то, что я тебя не угощаю.
Она достала кипятильник, налила воду из графина в большую керамическую кружку, достала из тумбочки две чашки, банку с растворимым кофе и коробку с сахаром.
— Ну так что, вымогатель, делать-то будем? Ксению Мазуркевич отдадим следователю?
— Отдадим, — согласно кивнул Коротков.
— А Семенцову? Стасов выжал из нее все, что смог, имеет ли смысл ему и дальше с ней работать?
— Ладно, Семенцову я возьму на себя. Конечно, Стасову не с руки проявлять жесткость, они же вроде как сотрудники одной фирмы, а мне все можно, я для нее чужой.
— Значит, так и порешим.
