Посох двуликого Януса

– Умница, – похвалила ее Варвара, которая уже разложила нафаршированные паштетом оливки и маслины на маленькие тарелочки и теперь втыкала в каждую ягоду яркие шпажки. – Сразу видно, что мои уроки даром не прошли.

Максим вернулся к гостям, Наяна и Варвара закончили оформлять закуски и начали выносить их и ставить на большой стол в углу гостиной.

– О, какие запахи! – прогремел глубокий бас.

– Не отвлекайтесь, сударь, сейчас без лапы останетесь, – осадил его женский голос.

Наяна молча улыбнулась. Этот голос она узнает даже спросонья: баба Лиза, она же Елизавета, заядлая преферансистка, она же бывшая наставница Варвары по курсу межличностного контакта, она же главная вязальщица в кругу гостей, постоянно собиравшихся у Шлевисов.

– Да черт возьми! – снова зазвучал красивый бас. – Даже не без одной лапки, а без двух. И где я промахнулся?

– Ты трефу пронес. Надо было держать ее до последнего.

– Так я бы не пронес, если бы ты легла! – с обидой возразил бас.

– Я, дружочек, играю только стоя, – надменно ответила баба Лиза и тут же задорно рассмеялась.

 – Кроме мизера и девятерных, конечно. Я тебе сто раз повторяла: ложиться имеет смысл, когда играешь на деньги, а когда мы играем для того, чтобы учиться читать друг друга, нужно стоять и только стоять. Наяна, деточка! Ты присоединишься? Четвертой будешь?

– Нет, спасибо, я за спиной постою, – откликнулась Наяна."

"Она пока еще совсем плохо играла, но старательно училась, стоя за спиной игроков, видела их карты и внимательно наблюдала за выражением лиц при каждом ходе.

Удовлетворение, радость, разочарование, отчаяние, досада, бесшабашность и готовность рискнуть в надежде на удачный расклад, недоверие к партнеру-вистующему – много разных мыслей и чувств можно увидеть. Главное – научиться их замечать и правильно интерпретировать. Здесь, у Шлевисов, играли исключительно ради самой игры, ради процесса: долго и тщательно тасовали карты самыми изысканными способами, демонстрируя ловкость и гибкость пальцев, заказывали немыслимые по степени рискованности «девятерные» и даже «десятерные» и никогда не клали карты на стол даже при безусловно очевидных раскладах. Мастерица баба Лиза щеголяла отменной памятью, и если кто-то заказывал мизер, не записывала расклад, а только просила партнера на пять секунд показать свои карты, после чего играла втемную, отдавая команды партнеру и лишая игрока возможности маневра. Это было не по правилам, но при чем тут правила? Играли ради процесса, а не ради выигрыша.