Он на миг опустил глаза, избегая ее взгляда, потом снова поднял.
– Да. Она приходила к тебе. Не знала, что тебя арестовали.
– Ладно…
– И она кое-что мне рассказала.
– Что? – так же тихо спросила Карен, и ее голос прозвучал настороженно.
– Сказала, что в вечер аварии видела, как ты выходила из дома, – он посмотрел прямо в прекрасные лживые глаза жены. Понизил голос почти до шепота: – Сказала, что проследила за тобой.
Карен вздрогнула.
– Что?
– Говорит, что проследила за тобой на своей машине, держась на расстоянии, чтобы ты не заметила.
Карен не шелохнулось, и у Тома упало сердце, когда он увидел весь спектр эмоций, отразившихся на лице жены. Это правда, подумал он, все, что сказала Бриджит, правда.
– Что еще она сказала?
– Что ехала за тобой, пока ты не остановилась, и тогда она сама остановилась неподалеку. Видела, как ты идешь к ресторану. Слышала выстрелы. Три выстрела. А потом увидела, как ты бежишь из ресторана к машине. Говорит, что видела, как ты сорвала перчатки, села в машину и умчалась.
Жена промолчала.
Известие явно потрясло ее.
– Карен, – прошептал Том.
Она сидела все так же молча.
– Карен! – нетерпеливо повторил Том. Понизил голос, инстинктивно оглядываясь, чтобы убедиться, что их не слышно. Но все в комнате заняты своими разговорами. – Она была там!
– Может быть, она врет.
– Не думаю, – тихо ответил Том. – Как бы тогда она узнала о перчатках?
Карен не ответила, ее глаза расширились. Том заметил, что у нее на шее бьется жилка. Никто, кроме полиции, не знал о перчатках.
Том покачал головой.
– Думаю, она была там. Думаю, она тебя видела. Она говорит, когда ты вошла, у тебя был пистолет, но обратно ты выбежала в одних перчатках.
– И что же она тогда сделала? – спросила Карен, хватаясь за край стола.
– Зашла в ресторан и увидела тело, – ответил Том. Он увидел, как побледнела Карен, и к горлу подкатила желчь. – Она испугалась, выбежала оттуда и поехала домой, – встревоженный тем, что открыло ему выражение ее лица, он наклонился так близко, насколько осмелился под бдительным взглядом охранника.
– Карен, скажи правду. Ты действительно не помнишь? – он спросил это мягко, ласково. Он простит ее, если только она скажет ему правду. Он видит по ее лицу, в каком кошмаре она жила. И присяжные тоже увидят.
– Она свидетельница, – произнесла Карен так, словно с трудом в это верила.
– Ты его убила? – с нажимом спросил Том почти неразличимым голосом. Снова оглянулся. Никто не обращает на них внимания. – Ты можешь сказать, – произнес он.
