Постучи в мою дверь

Что, что она должна повторить? Когда до парализованного мозга стало доходить, ее едва не скрутило пополам от ярости, возмущения и… страха.

Все еще в плену его ладони, она тихо выдохнула:

— Да, мой господарь.

Он надавил на ее губы большим пальцем и протолкнул его в рот. Коснулся зубов, скользя дальше.

Новый приказ он отдал хладнокровным равнодушным тоном:

Олеся снова сглотнула вязкую слюну. На этот раз от обиды и унижения. Невольно коснулась языком кончика его пальца и тут же прижала его к небу.

На щеке Габора дрогнул желвак.

Глаза опасно сузились, белых искорок в радужках стало еще больше. Загипнотизированная страхом, Олеся следила за тем, как они взрывались, подобно звездам и рассыпались на крошечные пылинки. От этого казалось, что в его глазах бушует ураган.

— Твой господарь приказал тебе… Ты не услышала? Или не поняла? — Его голос стал еще тише.

Опасный, страшный, но бархатисто-вкрадчивый. Как будто он завораживал свою жертву, чтобы через секунду лишить ее жизни.

Именно жертвой Олеся сейчас себя и ощущала.

Несмело коснулась его солоноватой холодной кожи языком и слега погладила. Она чувствовала себя униженной этим приказом. Растоптанной. Не хотелось думать, что она сама виновата в происходящем.

Просто… просто он показал себя перед ней таким, каким и был на самом деле. Выпустил на волю того Габора, о котором все и говорили. Холодного, жестокого, беспринципного. А тот, которого она знала — лишь маска, личина. И наверное он использовал всю свою силу воли, чтобы казаться рядом с ней другим.

— Ты недостаточно усердна. — Он уже откровенно издевался над ней.

Начал вводить палец ей в рот и тут же убирать, имитируя движения бедер. Олесе захотелось плакать от унижения. И от желания, которое помимо воли разгоралось внутри. Она заставляла себя ненавидеть его и то, что он творит, но тело жадно отзывалось на каждое мимолетное касание, узнавая ласки желанного мужчины.

Кровь затопила лицо и шею. Щеки пылали, и кажется, он это видел. По чувственным губам скользнула ухмылка.

— Мне долго ждать? — Он резко толкнул палец в рот, находя язык, погладил подушечкой.

Олесе не оставалось ничего иного, как обвести его и сжать губами, слегка всосать, хоть он этого и не приказывал. Приказы… Она уже ждет и готова их исполнять. Как быстро она станет его послушной рабой?

Ей было неудобно сидеть полубоком, спина затекла, а между бедер становилось тяжело и горячо. От этой мысли, щеки вспыхнули огнем.

Габор вдруг убрал палец и тоже его облизнул.