Понимая, что встать тому уже не суждено, Вадим решительно подошёл к противнику и с ходу нанёс страшный удар в лицо. Тяжёлое тело Рыжего подлетело в воздух и снова рухнуло на камень. Вадим остановился, ожидая хоть каких-то ответных действий, но Олаф тяжело ворочался в снегу, даже не делая попыток подняться. Мрачно качнув головой, Вадим подумал: «Пора заканчивать», – и, шагнув к противнику, ухватил его за голову.
Руки бывшего спецназовца привычно легли на затылок и подбородок противника. Приподняв его над землёй, Вадим упёрся коленом в спину Рыжего и, мрачно усмехнувшись, громко сказал:
– Я обещал убить тебя голыми руками.
Я это сделаю. С этими словами он резким движением свернул Олафу шею. Крупное тело противника дёрнулось и обмякло.
– Я всегда держу данное слово, – добавил Вадим, медленно выпрямляясь.
Наблюдавшие за происходящим воины мрачно переглянулись и тихо затянули долгую, протяжную песню без слов. Сунув руку в пояс, Вадим достал из потайного кармашка две золотых монеты и, перевернув труп на спину, положил их на глаза Рыжему, после чего медленно отошёл к побратиму.
Рольф заботливо накинул ему на плечи отброшенный плащ и сделал Гюльфи знак забрать тело погибшей рабыни. После чего Свейн выступил вперед, обвёл воинов Рыжего долгим, задумчивым взглядом и громко сказал:
– Он повёл себя подло, но он был вашим конунгом. Похороните его как положено. А теперь возвращайтесь домой и живите так, как жили наши предки. То, что годится на юге, не будет работать у нас.
Мы другие.
Воины молча завернули тело конунга в плащ и, не прекращая пения, медленно двинулись в обратный путь, неся тела убитых на сложенных щитах. Дождавшись, когда скорбная процессия скроется за сугробами, Вадим развернулся и устало побрёл в бухту. Спустившись на пляж, он подошёл к самой кромке прибоя и, вздохнув, мысленно произнёс:
«Я выполнил твой приказ, Одноглазый. И что мне делать дальше?»
«Жить, приятель. Просто жить. Придёт время, и мы с тобой весело попируем.
А пока просто живи. Ведь для тебя ещё ничего не кончилось», – услышал он в ответ гулкий мысленный голос и, зябко передёрнув плечами, потерянно улыбнулся.
Догнавший его Рольф осторожно тронул побратима за плечо и, дождавшись ответного кивка, спросил:
– И что ты теперь делать будешь? Останешься с нами?
– А куда я денусь? – грустно улыбнулся Вадим. – А что до того, что дальше? Так дальше всё просто. Дальше будет жизнь, брат. Просто жизнь."
