Поцелуй врага

Обмотав полотенце вокруг бедер, Илья сидит на краю высокой ванны и кривит губы при каждом прикосновении.

– Янка, – выдыхает он с очередным прикосновением Константина. – Иди сюда, – протягивает здоровую руку. – Будешь моим анестетиком, – шепчет, прижимая к себе.

– Зачем? – Мои руки накрывают мужскую спину так, чтобы не мешать вампиру.

– Придется сделать пару надрезов. Две пули застряли. Хочешь прощупать? – Тон вампира спокойный, собранный.

– Нет, – я невольно прижимаюсь плотнее к оборотню. – Не хочу. – Установив на раковине, Константин раскрывает небольшой чемоданчик.

Я наблюдаю за манипуляциями. Моей храбрости хватает до того момента, пока они сводились к обработке рук, но вот в пальцах вампира блестит острие скальпеля. – Стойте! Разве не нужно обезболить? Может, тебе лучше лечь? Илья?!

Оборотень с хохотом притягивает обратно:

– Не дергайся, слабоумие и отвага. Когда кинулась закрывать меня своим тельцем от винтовки, думала об обезболивающем?

– Но я же видела, что ты был ранен, – шепчу я.

– Дурная ты, злючка.

Я не переживу только выстрел в голову в упор, а ты-то куда полезла? А, Чак Норрис?

– Кто? – спрашиваю я совершенно глупо.

– Да никто… – Блондин шипит сквозь зубы с грязными ругательствами, сжимая ладонь на моем бедре. – Полапаю, и ничего мне за это не будет. Ты же не будешь бить раненого?

– Заткнись, – я глажу его по голове, словно ребенка.

– Отлично. – По раковине со звоном прокатывается металлический цилиндр, оставляя оранжево-розовые разводы. – Готов? – уточняет вампир.

– Потерпи. – Мои влажные ладони гладят затылок и спускаются по шее. – Еще разок. Разочек.

Тяжелый запах крови оседает на языке, по белоснежном дну ванны крадется тонкая бордовая дорожка.

– Янка. – Блондин втягивает воздух, и по его телу проходит дрожь, сопровождаемая глухим рычанием. – А ты и не злючка вовсе. Я тут подумал, а не влюбиться ли мне в тебя?

– Яна, придержи. – Константин кладет ее пальцы, придавив так, чтобы разрез на плече не расходился. Волчица в моих руках качается, глубоко вздыхает и задерживает дыхание.

– Плохо? – спрашиваю я.

– Немного, – отвечает она, шумно сглотнув.

– Никудышная из тебя волчица. Неизвестно кто кого держит, – ворчу я.

– Уж какая есть, – обиженно выпаливает злючка.

– Все, – торжественно объявляет вампир. – Я здесь больше не нужен. – Он аккуратно собирает содержимое чемоданчика.

Волчица, не выпуская меня из объятий, не сводит взгляда с раны.

– Никогда не видела, как затягиваются раны?

– Нет, – отвечает она.