Повелительница пустыни

Фардин Наизир ожидал торга за свои услуги, хотя знал, что они не торгуются, но слухи, что шантары купили рабов, уже просочились в город и обсуждались чуть ли не на каждом углу.

И что они заплатили большую сумму и самое главное, торговались, оставив последнее слово за собой.

Обычно, когда речь заходила о столь деликатном вопросе, как оплата работы, люди стремились обезопасить себя заранее. И особенно, когда речь шла о деле, требующем определенного риска и немалых усилий.

Так отчего же шантар, предложивший неоценимую помощь, не вправе теперь поторговаться?

Фардин Наизир прищурился, стараясь разгадать его мотивы, но в глазах не увидел ни тени лукавства, лишь спокойная уверенность в своей правоте.

Эта уверенность, пожалуй, и сбила его с толку больше всего. Он привык иметь дело с людьми, стремящимися выжать максимум выгоды здесь и сейчас. А этот предлагал ждать, рисковать вместе с ним.

«Что ж, — подумал он, — это может быть интересным опытом.»

Он всегда ценил людей, готовых идти на нестандартные решения.

Он мог не беспокоиться о немедленных выплатах и сосредоточиться исключительно на продаже товара. А это, в свою очередь, увеличивало шансы на успех.

— Хорошо, — произнес он, немного помолчав. — Я согласен на ваши условия. Но у меня есть одно встречное предложение. Помимо оплаты за работу, вы получите процент от чистой прибыли с продажи. Это справедливо, учитывая ваш вклад и готовность разделить риски. Как тебя называть по имени?

На моем лице появилась легкая улыбка.

В тот миг Фардин Наизир осознал, что перед ним не просто наемник, нанятый за звонкую монету, но человек, чьей верности хватило бы, чтобы доверить ему не только груз каравана, но и саму жизнь, хрупкую, словно песчинка в неумолимых дюнах судьбы.

Едва забрезжил рассвет, как небольшой караван тронулся в путь, не подозревая, что где-то в тени кипит злоба, отравленная бессилием. Уничтожить караван теперь оказалось немыслимым делом.

Воздух дрожал маревом, искажая очертания дюн, превращая их в призрачные волны застывшего океана. Здесь, в этом царстве песка и безжалостного света, медленно двигался караван.

Тяжело ступали верблюды, их шерсть покрывалась слоем пыли, а по бокам текли струйки пота.

Под седлами поскрипывала кожа, вторя монотонному звону колокольчиков, привязанных к шеям животных.

Погонщики, укутанные в просторные одежды, шли рядом, укрывая лица от солнца плотными платками.