Повелительница пустыни

Я молчала и ждала, давая ему время и пространство для принятия решения. Знала, что это переломный момент, который определит дальнейшее развитие наших отношений.

И я была готова принять любой исход, потому что знала, что честность и открытость — это единственная основа для настоящего крепкого союза.

В данный момент, ни о какой любви речи не шло, речь шла об альянсе двух людей.

Если он хочет того, чего желает, но мне нужен рядом надежный человек, который готов меняться.

— Я постараюсь. Как тебя зовут? — произнес он, и в распахнутых глазах плескалась внутренняя решимость, а взгляд теперь изучал меня с неподдельным интересом.

Возможно ли, что Фартах и есть та тихая гавань? Надеюсь, что время, словно мудрый старец, неспешно рассудит.

Ибо лишь власть и богатство, словно лакмусовая бумажка, проявляют истинную сущность человека.

На миг решимость Фартаха дала трещину, словно лед под первым весенним солнцем. Он прикрыл глаза, пытаясь осмыслить последние слова девушки, и в этой краткой темноте перед его внутренним взором пронеслась вся его жизнь.

Сколько он себя помнил, его сердце всегда принадлежало воинам — джемат. Их вид, исполненный суровой грации и мощи, вызывал в нем трепетный восторг. Еще мальчишками они устраивали сражения на палках, а позже выстругали деревянные мечи, мечтая о настоящих.

Отец не разделял его стремлений, но и не ставил прямых запретов. Он испробовал всевозможные способы, чтобы отговорить сына от тернистого пути джемат, но тщетно.

Желание засело в сознании Фартаха, словно пиявка, неотступно требуя своего.

Первое время все давалось с трудом: неуклюжие движения, недостаток силы, но он, стиснув зубы, продолжал изнурительные тренировки, преодолевая боль и изнеможение.

С годами Фартах превратился в одного из лучших учеников школы. Его тело стало гибким и сильным, удары — быстрыми и точными, разум — просчитывающим и хладнокровным.

Он научился владеть мечом как продолжением своей руки, чувствовать каждое движение противника, предугадывать его намерения.

Однако по мере того, как он углублялся в мир джемат, он начинал замечать и другую его сторону. Жесткая дисциплина, жестокие тренировки, постоянная готовность к смерти— все это накладывало тяжелый отпечаток на души воинов.

Они становились молчаливыми, замкнутыми, их глаза теряли живость и блеск.