Повелительница пустыни

Сон навалился тяжким грузом, унося с собой боль и страх.

Мой отец, Карим Сурра, — целитель, но он еще и ученый. Только вот дар исцелять передавался всегда по мужской линии.

Всю свою жизнь он посвятил изучению ядов змей и их противоядию. Мы живем в маленьком городке Ширек, почти на границе с пустыней.

Двухэтажные дома в городе, увенчанные плоскими крышами, стоят в величественном единстве.

Каждый из них обрамлён высокими глинобитными стенами, создавая тем самым эффект изолированного уединения.

Поэтому широкая улица превращается в запутанный лабиринт узких переулков, словно мелкие ручейки, пробивающиеся из могучей реки.

А вот в центре находится большой просторный район, где расположились и ратуша, и школа для мальчиков, и базар, и ремесленные лавки.

Вот здесь-то и кипит жизнь, как бурлящий поток нашей быстрой реки Крит, расположившийся с одной стороны города, откуда ведут подземные линии подачи воды в дома и в красивый фонтан около ратуши.

Только около ратуши дорога выложена из камня, а по всему городу земля и песок преобразились под ногами людей в утрамбованную поверхность.

Даже дождь не может превратить дороги в грязь: вода хорошо впитывается в грунт и пополняет нашу реку. Говорят, что под городом много подземных рек.

Через наш городок проходит один из многих караванных путей в другие государства: Оришор, Прошар, Кимшар.

Поход через пустыню всегда сопряжён с риском. Ядовитые змеи, скорпионы так и кишат на продолжительном пути каравана. Но если принять противоядие вовремя, то можно спасти жизнь.

Каждый караванщик, прежде чем отправиться со своим караваном в путь, приобретают противоядие на все случаи жизни.

Многим помог эликсир моего отца и спас множество жизней. И если вдруг появляется какая-нибудь новая змейка, то стараются отловить её и привезти отцу для изучения.

И тогда он изучает её яд и подбирает противоядие, а я ему в этом помогаю.

Я не страшусь змей; порой мне доводится брать их в руки и извлекать яд. В моих ладонях они обретают покой и становятся безмятежными, лишёнными угрозы.

Отец говорит, что это мой дар, и если бы я не была девочкой, то у меня было блестящее будущее, а пока мой удел — нравиться и подчиняться своему мужу.

Женщины не имели право на такой вид деятельности, а иначе — смерть. Ну, почему я не рождена мужчиной? Мне была бы дарована привилегия учиться, и, подобно отцу, спасать жизни.

Жизнь женщины, будто записанная в книгах, усвоенная и впитанная с материнским молоком.