— Юлиана, но ведь так нельзя…
— Ой, мам, папа звонит! Все, пока! Да-да, я потом тебе перезвоню. — Поспешно сбрасываю мамин звонок, так и не узнав, как именно нельзя, ведь вчера я нарушила все «нельзя», какие только можно. Хмыкаю от игры слов и принимаю входящий на другой линии. — Да, пап. Привет.
— Юлиана, бог мой, ты где?! — Голос папы звучит настолько обеспокоенно, что я даже через телефон чувствую, как он волнуется.
— Я… — тяну, оглядывая снова комнату. Очень хочется ответить: «Я тут», так как ничего более умного мне не приходит в голову.
— Пап, я сняла квартиру, но адрес не запомнила…
Точнее, я даже его не смотрела, но папе об этом знать не стоит.
— Господи, дочка, прости меня!
— Да, пап, все хорошо, — стараюсь успокоить его. Я даже рада, что он не смог меня встретить. — Все, правда, хорошо.
«Даже лучше, чем могло бы быть». — Улыбаюсь про себя.
— Я так переволновался, когда ехал тебя встречать, что мне стало плохо… — Доносится из трубки, а у меня внутри все холодеет. — Не помню, как свернул на обочину, и даже не знаю, кто вызвал скорую.
Врачи поставили какой-то гипертонический криз, и у меня весь день как в тумане…
— Пап, — произношу испуганно. — Ты как?
— Нормально. Сейчас нормально. Проснулся, и не мог понять, почему я не дома. А потом вспомнил, что должен был тебя встретить. Скинь геолокацию — я сейчас приеду.
— Пап! Тебя что, уже отпустили из больницы?
— Я сам ушел.
— Папа! — бросаю укоризненно. — С давлением нельзя шутить! Ты что, собираешься сесть за руль?
— Юлиана, я чувствую себя хорошо.
Все, вижу, где ты. Дай мне полчасика и я тебя заберу…
Полчасика?! Я в ужасе распахиваю глаза. Какие полчасика?! Я в ванной только часик отмокать собиралась!"
"— Папа, стой! Подожди. Не надо так быстро. Я только что проснулась… Мне… Мне нужно помыться, и… — Я замолкаю, осторожно подбирая слова. — Привести себя в порядок… Собрать все… Я загрузила в стирку кое-какие вещи. Все равно придется ждать… — Сочиняю на ходу, хотя стирку, действительно, нужно загрузить. — Не торопись, пожалуйста, и не волнуйся.
Я к обеду буду готова.
— К обеду? — Я слышу, что папа расстроен, но оставлять хозяйке, предоставившей мне жилье, после себя такой хаос, я не могу. — Я так мечтаю, наконец, тебя увидеть.
— Пап… — прошу виновато. — Всего лишь пару часиков…
— Хорошо. Тогда до обеда, Юлиана. Я за тобой заеду.
— Тебе точно можно за руль?
— Да, дорогая. Чувствую себя прекрасно, словно помолодел. И если бы не…
— Пап, — перебиваю его самобичевания. — Все хорошо.
