Повешенный (СИ)

Вспомнил про наводнение, обрушившееся на Петрополь, и настроение его тут же испортилось. Он поднялся, сбрасывая в сторону шинель, которой укрывался ночью, накинул на плечи военный мундир без эполет. Николай любил спартанскую жизнь, спал на походной постели с тюфяком из соломы, не знал ни халатов, ни ночных туфель. При этом он был щепетильно чистоплотен и менял белье всякий раз, как переодевался. Единственная роскошь, которую он себе позволял, были шелковые носки, к которым привык с детства.

Подойдя к окну, император долго вглядывался в голые кроны деревьев царскосельского парка, окружавшего дворец, и огромные лужи, застоявшиеся на полянах после дождя, шедшего трое суток почти без остановки. Потом, вздохнув, вернулся к столу и вызвал звонком дежурного флигель-адъютанта. Выслушав его короткий доклад о том, что ночь во дворце прошла без происшествий, велел подать чай в кабинет и принести все донесения, скопившиеся к утру. Поинтересовался, не было ли фельдъегеря по особым поручениям из Шлисса? Получив от офицера отрицательный ответ, приказал сообщить немедленно, как только тот появится.

Приведя себя в порядок, Николай уселся за рабочий стол и принялся пересматривать принесенные документы. С каждым донесением лицо его становилось все более хмурым. То, что творилось в Петрополе и окрестностях столицы, иначе, как полной катастрофой назвать было нельзя. Особенно неутешительные новости пришли от главного командира порта и военного губернатора Кронштадта вице-адмирала Моллера

«…С прискорбием доношу Ваше Императорское Величество о горестных последствиях во время бывшей 10 числа сего апреля бури, каковой по летописям Кронштадта никогда не бывало.

Вода возвысилась выше ординарной на 11  1/2  футов, а ветром и волнением истреблены все деревянные гаванные крепости и снесены с пушками и якорями, на них бывшими. Остались только полуразрушенные два деревянные бастиона и в таком же виде половина бастиона. Каменные гаванные крепостные строения уцелели, хотя на них местами каменные же брустверы сброшены и некоторые пушки опрокинуты. Корабли, фрегаты и прочие суда в гаванях брошены на мель и многие из них нет надежды спасти…»

Николай отбросил в сторону донесение и прикрыл глаза. Нанесенный наводнением ущерб еще только предстоит подсчитать, но уже понятно, что восстанавливать урон придется не один год.