Повешенный (СИ)

— Ты вот что, капитан… — ласково улыбнулся Лопухин, склонившись к уху фельдъегеря — ежели, что еще интересное вспомнишь, найди меня в Петрополе. Не обижу. А сегодня вечерком выпей от души за здоровье старика, что-то оно совсем нонче расстроилось.

Князь незаметно сунул в карман офицерской шинели крупную ассигнацию, которой хватит не то, что на вечер, а пожалуй и на целый месяц. А то и на два.

— Премного благодарен, Ваше Сиятельство, за добрые слова! — устало улыбнулся порученец — Непременно еще свидимся в Петрополе, как при нашей службе, да не свидеться…?

…Светлейший князь, дойдя до кареты и забравшись в нее лишь с помощью слуги, там вдруг распрямил плечи, отбросив всякое притворство.

Стукнул тростью в стену, велев кучеру трогать, и откинулся на мягкую спинку сиденья, обитую темно-красным бархатом. Глубоко задумался, провожая рассеянным взглядом здание Александровского дворца.

Вот это новости… Только почему вдруг трое беглецов, если побег изначально готовился для одного? Случайно так получилось, или старейшины решили на ходу все переиграть? Чтобы догадаться, кто составил компанию Алексею Петровичу, большого ума не надо — на секретном этаже тюрьмы кроме него сидели только двое заговорщиков: бывшие офицеры Стоцкий и Южинский.

Так что больше некому. Теперь ведь изведёшься, дожидаясь вестей из Костромы. И не отправишься туда сейчас, переживший наводнение Петрополь, пока покидать никак нельзя. Император не поймет.

Но главное — побег удался, хотя первоначально все задумывалось совсем по-другому.

А когда все шло по плану? Чтобы сбежать из Шлисской крепости, нужен не просто план и тщательная подготовка побега, нужна еще и огромная удача. Встречались среди дворян родары с заговором на успех, но крайне редко. И точно не у Южинского со Стоцким.

Вот и закрутилось Сварожье колесо, да так, что его не остановить теперь. Придется идти до самого конца. Как там солдаты говорят: «Или грудь в крестах, или голова в кустах!». Вот, вот… предстоящая свара обещает быть безжалостной, головы за такое точно можно лишиться — царский бастард скор на расправу.

Дворянской крови хлебнул, теперь на виселицу запросто будет отправлять, не обращая внимания, ни на титулы, ни на былые заслуги.

С заговором офицеров чудом пронесло — никто из посвященного триумвирата не выдал на следствии сообщников из Северного клана. Знали, что сами виноваты: дрогнули, поспешили и все своей спешкой испортили.