Повешенный (СИ)

Появление жандарма в компании солдат и арестантов в кандалах, привлекло внимание людей в зале, и народ притих, настороженно поглядывая на нашу живописную группу.

— Чего изволите-с, ваше благородие? — подскочил к нам шустрый парнишка.

Покосившись на наши кандалы, он скривился, видимо приняв нас за опасных преступников. Хотя ведь мы и есть теперь преступники, чего уж тут обижаться. Мне это было абсолютно по барабану, а вот Петя напрягся — не привык еще к такому пренебрежительному отношению к себе со стороны какого-то трактирного слуги.

Еще вчера был он одаренным дворянином, блестящим гвардейским офицером, танцевал на балах, а теперь никто. Наверное трудно к такому привыкнуть. Но придется.

— Освободи нам вон тот стол в углу, и сделай так, чтобы никто нас там не тревожил — распорядился жандарм — Мухой

— Не беспокойтесь, ваше благородие, сейчас все сделаю!

Парень мухой метнулся к столу, за которым обедали двое грузных бородатых мужчин средних лет — судя по их одежде, купцы какие-нибудь или приказчики из лавки.

Он что-то тихо сказал им, кивнув в нашу сторону, и мужчины без возражений поднялись из-за стола и переместились со своими тарелками в другую часть зала. Жандармов здесь явно побаивались и предпочитали держаться от них подальше. Ну, а наши с Южинским персоны и вовсе были непонятны — по внешности вроде господа самого высокого полета, а вот поди ж ты — в кандалы закованы, да в солдатских шинелях.

Конечно, о восстании на Сенатской площади здесь наверняка знали — от Петрополя отсюда не больше тридцати верст, и странно было бы, если слухи о нем сюда не дошли.

Но вот знает ли простой народ ради чего заговорщики рисковали своими жизнями, и догадываются ли эти люди, что мы и есть те самые заговорщики? Не думаю. Николай I сделал все, чтобы по возможности скрыть эту историю, и никаких официальных заявлений сделано не было. По крайней мере, пока.

Я проводил взглядом мужчин, которых так нагло выгнали из-за стола, перевел его на парня, протирающего сейчас тряпкой освободившийся стол.

Интересно, а как здесь называется трактирный слуга? В ресторане это официант, а в трактире? «Половой» вроде бы, или нет? Вот так ляпнешь и попадешь впросак. Впрочем, открывать рот в общественных местах нам с Петей строго запрещено, а тем более разговаривать с посторонними. Сидим, молчим. Глядим в сторону кухни. Живот так конкретно подводит.