При этом он очень выразительно смотрел на Василия Павловича."
"У того аж мурашки поползли от ужаса перед этим жутким холодным типом с глазами убийцы. Конечно, он клятвенно обещал ничего нигде не рассказывать. На что господин Белецкий со своей стороны ответил спонсорской помощью школе. После попрощался и ушел, а директора долго еще полоскал ужас от того, что он прочитал в стальных глазах этого нового «спонсора».
Выйдя оттуда, Белецкий сделал один звонок Михаилу, один домой, и поехал прямо к Лене. Это было первостепенным, самым важным, все остальное потом.
***
По дороге Лену все-таки накрыло молчаливой истерикой, сидела, сжавшись в комок, молчала всю дорогу, пока Михаил ее вез, только руки тряслись да губы вздрагивали, словно сказать хотели что-то. Не мог он пустить ее в таком состоянии за руль. Да и по-человечески утешить хотелось. Когда доехали, помог подняться, коробку донес. Поставил в прихожей. Но уходить не спешил, видел, что ее колотит.
- Елена Сергеевна, вам надо водочки выпить. Нервную дрожь снимет.
- А... хорошо, спасибо, - механически ответила она.
- И поесть не помешало бы. Обед уже.
- Спасибо... Я поем, обязательно.
Мужчина потоптался, потом проговорил:
- Если что нужно будет, я за дверью.
Лена кивнула, мужчина ушел.
Опустилась на стул. Начало накрывать обидой и отчаянием. В присутствии охранника как-то держалась, а тут... Еще ей было горько и страшно, что Костя подумает. Прозвеневший звонок ударил по нервам как колокол судьбы. Костя. Не стала думать, просто открыла дверь.
Боясь увидеть от него осуждение, презрение, все-таки взглянула мужчине в глаза.
И замерла. Потому что он выглядел так странно...
Нервный, глаза блестят. Судорожно поправил рукой волосы, проговорил глухо:
- Можно войти?
- Конечно, заходи, - попыталась улыбнуться.
На этот раз он не остановился на пороге, а пошел прямо в кухню. Лена вслед за ним, ничего не понимая. Кухня была невеликая, он занимал ее всю своим присутствием. А еще и шагнул пару раз из стороны в сторону, так вообще места в ней не стало, воздуха не стало.
.. Опять ерошил волосы, все не глядя на нее. Лена почувствовала, что у нее в груди холодеет, и присела на стул.
Тут он заговорил.
- Лена... Я был в школе...
И осекся. Лена показалось, что в кухне как-то темно стало, или это у нее в глазах потемнело? Но тут он заговорил снова, сбиваясь, нервничая:
- Лена... Ты должна выйти за меня замуж...
Видя, что она потрясенно молчит, стал распаляться:
- Иначе мне трудно будет тебя защитить.
