Но случилось то, чего он ожидал меньше всего на свете, — ему встретился отец, который как раз выходил из кареты на этой пустынной улице. Сначала Девин не узнал Вулзли. Зато он так и не забыл эту карету и герб на ней — слишком часто ему приходилось видеть ее ночами из окна спальни.
Девин питал слишком сильную ненависть к этому человеку, отнявшему любовь его матери и так мало давшему ей взамен — и совсем ничего не давшему Девину. В нем заклокотала ярость, настолько всеобъемлющая, что он даже не помнил, как спешился, даже не сообразил, что его кулак уже летит в лицо Лоренса Вулзли — до тех пор, пока не увидел того, распростершегося на обочине.
Кучер соскочил с облучка и попытался оттащить Девина от своего хозяина.
Но удержать его было невозможно. Девин отшвырнул кучера прочь, однако туман безумия потихоньку рассеивался. Девин прорычал Лоренсу:
— Вы лишили меня матери!
Лоренс выглядел растерявшимся и разозленным, ведь на него накинулись безо всякого повода! За девятнадцать лет, что Девин не видел его, он почти не изменился.
Волосы по-прежнему темные, одет все так же безупречно. Должно быть, ему было уже за пятьдесят, но он не выглядел на свой возраст.
— Кто вы такой и о чем, дьявол вас побери, толкуете? — гневно вскричал Лоренс.
— Элейн Болдуин! — напомнил Девин. — Боже мой, вы ее даже не помните?!
— Разумеется, я… Девин? Это ты?
И только тут Девин сообразил, что Лоренс Вулзли его не узнал. Ну конечно, ведь когда они виделись в последний раз, Девин был ребенком. Понимание не рассеяло его гнев, но, во всяком случае, тот его уже не слепил.
Лоренс нетерпеливо махнул рукой кучеру, все еще пытавшемуся удержать Девина, но, похоже, тут же пожалел об этом, поскольку Девин произнес:
— Вы себе представить не можете, сколько раз мне хотелось вас убить!
Лоренс побледнел.
— И сейчас ты намерен?..
— Я всего лишь хочу узнать, почему вы игнорировали меня всю мою жизнь. Просто скажите мне. Дайте, черт возьми, любое объяснение, хоть что-нибудь, лишь бы я понял, как мужчина мог…
— Мне кажется, здесь какое-то недоразумение.
— Да черта с два! — взревел Девин. — Она отослала меня из-за вас!
— Нет, она отослала тебя, потому что ты начал задавать вопросы, ответы на которые тебе было слышать еще рано.
— Что я бастард? Она в самом деле считала, что я до этого не додумаюсь?
— Да, только не мой.
Бездумный гнев мгновенно вернулся. Девин не предполагал, что тот начнет все отрицать, и почувствовал, как в нем вскипает желание выбить правду из Вулзли.
