Людвиг даже с помощью некромантии искал труп девушки, правда поднял лишь старые кости животных и… человеческие. Увы, столь древние, что выяснить чьи они было нельзя. Но находка подняла знатный переполох: хозяева решили, что это Исабель, и лишь пояснение, что эта труха от костей почившего лет пятьсот назад, их успокоило. Ну, насколько можно вообще говорить в сложившейся ситуации о спокойствии в семействе Торжик.
Расстроенные барон с супругой не хотели нас отпускать, надеялись, что зловещие медиум и некромант в компании не менее пугающего оборотня найдут их кровиночку.
В итоге, нас уговорили остаться на ночь и пригласили отужинать чуть раньше, чтобы мы хорошенько отдохнули. Наверное, про себя хозяева добавили: «И с утра пораньше продолжили поиски».
За ужином Дагоран как бы невзначай завел речь об утреннем госте Торжиков – виконте Дершаке. Мы с Неро не вступали в разговор аристократов.
– Виконт Дершак оказался прелюбопытной личностью. – Расслабленно откинувшись на спинку стула, барон Торжик флегматично крутил бокал с вином, гонял его по стенкам, наблюдая за сим действом.
– Не знаю, знаете ли вы, что год назад на него неожиданно свалилось наследство – титул виконта вместе с толпой девиц на выданье и кучей долгов.
– Да, я слышал эту историю, – лениво отозвался Людвиг.
– Лорд Дершак тогда, год назад, пытался заключить брачный контракт о помолвке моего сына и одной из трех его дочерей, но, к сожалению, я был вынужден отказать. Мы не в том положении… ну вы сами понимаете…"
"– Безусловно, – все так же с ленцой согласился Дагоран.
А вот мне достался его недовольный взгляд, которым он многозначительно указал на мою до сих пор полную тарелку. От любопытства я забыла о еде и Людвигу это не понравилось.
Семья барона этот взгляд подметила и с большим интересом скосила на меня глаза, явно гадая, что нас связывает с младшим князем Дагорана. Эх, еще бы я сама это знала…
Барон меж тем продолжил:
– За этот год виконт с буквально фантастической удачей и упорством выплатил все семейные долги и даже заработал приличное состояние.
И на чем? Вы представляете, лорд Дагоран, на овечьей шерсти! Виконт своим золотым овечкам поет такие божественные дифирамбы, что скоро их к лику святых отнесут.
Я нахмурилась, пытаясь вспомнить: неужели, гуляя по Аэрте, пропустила лавки, где продавали бы столь потрясающе красивую и ценную шерсть? Надо бы в секретариате Бельтраза уточнить, там такие дамочки подобрались, что лучше своего лорда-директора знают все и обо всем.
